Книга Леди в желтом, страница 39 – Ли Алам

— Похоже, содержимое этого пузырька наносит урон не жертве, а домработнице. – Он показал на обрывок этикетки на пузырьке. – Он принадлежит фармацевтической компании. Судя по этикетке, это аптека «Чхониль». В таких пузырьках они продают тонизирующие средства. Сейчас оно очень популярно благодаря рекламе, в которой рассказывают, что в состав включен натуральный мед. Запах опиума едва уловим, потому что его специально смешали с лекарственным средством. Остается только понять, это произошло случайно при производстве лекарств или кто-то смешал их намеренно.

Эти умозаключения полностью совпадали с выводами Кёнэ. За исключением одного – из-за долгого отсутствия в стране она не имела никакого представления о компании-производителе.

— Абсолютно точно, эта хрупкая девушка не стала бы использовать веревку или платок. Применение физической силы не для нее. Получается, что преступник использовал лекарство, чтобы усыпить домработницу, зная, что та чутко спит.

Тона застыл на какое-то время и добавил:

— Значит, это было спланированное убийство. Кто-то хорошо знал дом, настолько, что мог подмешать что-то в лекарство хозяйке. Надо сообщить об этом в полицию!

Теперь это было очевидным. Обнаружив в комнате домработницы опиум, Кёнэ начала подозревать именно девушку. Тона развеял ее сомнения, разложив по полочкам все факты. Но в полиции с этими доводами могли и не согласиться.

Несколько лет назад в одном из столичных районов обнаружили отрубленную голову ребенка. Расследование ни к чему не привело. Но сейчас полицейские сделают все, чтобы поймать преступника и закрыть дело как можно быстрее. Никто не хочет испортить популярный пропагандистский лозунг, как новая система миропорядка в Азии сделает Корею безопасной для жизни.

Одна маленькая улика – и эта хрупкая провинциальная девочка может подвергнуться жестокому допросу. Или, что еще хуже, они заставят ее подписать признание и сделают виновной. Факты об арестах, пытках и насилии со стороны японской полиции в отношении корейцев не были тайной уже до того, как Кёнэ уехала из страны.

— Сообщим, когда будет нужно. Но только после того, как выясним, кто убийца.

— Я понял, о чем ты. Что будешь делать с пузырьком?

— Надо избавиться от него, но только так, чтобы в полиции не узнали.

— Тогда отдай мне. Есть один способ. Я смешаю его с нашими пузырьками из лаборатории и выброшу. Никто не догадается.

— Спасибо.

Тона, немного смутившись, взял пузырек, завернул его в носовой платок и спрятал за пазуху.

— Что будешь делать?

— Инспектор Сато считает, что это было убийство на почве ревности.

— Ты тоже так думаешь?

— Недостаточно данных. Я пока ничего не думаю. – Тона выдержал короткую паузу и продолжил: – Я еще вчера хотел тебе это сказать. Если ты продолжишь собственное расследование, я хотел бы тебе помогать. Всегда хорошо, когда рядом есть врач, которому можно доверять…

— Я тоже изучала медицину в Токио.

— Но хирургия и судебная медицина – это разные вещи. Тем более ты недоучилась. Бросила и уехала в Америку.

— Что было, то было.

Кёнэ понимала, что помимо своей молчаливости Тона обладал и другими полезными в этом деле достоинствами. Участие мужчины в таком деле расширяет возможности. Тем более что официально он – ее жених, и это позволит не думать, кто и что скажет. Тона сразу все понял по лицу Кёнэ и улыбнулся в ответ.