Онлайн книга «Хороший человек»
|
Я вернулась к переписке с Норой:
Возможно, если измотать Нору, она признается, что причастна к смерти Генри. Я представила, как распечатываю ее признание и швыряю его на стол детектива Дженнингс. «Я ее расколола», – с гордостью говорю я, после чего мы с детективом целуемся. Не успела я приступить к очередному этапу своей спецоперации, как появилось многоточие. Я уронила телефон на кровать и уставилась на него, словно только что случайно ввела ядерный код и теперь неминуемо начнется мировая война. Появилось сообщение:
У меня перехватило дыхание. Откуда она узнала, что это я? Разве мой имейл или номер телефона привязаны к моему секретному аккаунту? Я перепроверила, не видны ли эти данные. Нет. Может, она знает кого-то из сотрудников «Инстаграма»? Кто-то слил ей эту информацию? Или у нее так мало врагов, что она сразу меня вычислила? Три точки появились снова, как будто она услышала мои вопросы:
Я рассчитывала следующий шаг. Можно было все отрицать. Сказать, что меня зовут Аманда, я добропорядочная верующая женщина со Среднего Запада и что ее поведение меня возмутило. Что Господь велел мне попытаться спасти ее из пучины греха. Или я могла бы сказать, что была знакома с Генри и мне больно видеть, как его имя втаптывают в грязь, заодно унижая другую женщину (то есть меня). Или… лучше признать, что она меня вычислила, что она права? Не подставит ли это меня перед полицией, и не сдаст ли меня Нора, если я сознаюсь, что писала ей? Хотя теперь, когда она сама стала подозреваемой, ей наверняка не захочется лишний раз общаться с правоохранительными органами. На экране снова возникло многоточие. Нора написала:
Не скрою, меня так и подмывало согласиться. Мне хотелось лучше узнать эту женщину, я чувствовала с ней некую связь. Возможно, в альтернативной вселенной – где наш общий парень не был бы мертв, а я не подозревала бы ее в убийстве – мы даже могли бы стать подругами. Конечно, она болезненно тщеславна и потенциально опасна, и при мелировании аммиак просочился к ней в мозг и сделал ее полной идиоткой. И все же мне не терпелось выведать о ней побольше. Я ответила прежде, чем успела передумать:
Глава двадцать пятая Я предложила Норе встретиться в баре «Чирс», чтобы сразу же обезоружить ее. Для любого жителя Бостона выбрать этот бар было все равно что пойти поужинать в стрип-клуб: цены завышены, обслуживание – так себе, но, как ни странно, там подавали вполне съедобные куриные крылышки. Это было, пожалуй, последнее место, где мне хотелось бы выпить, но возможность вывести Нору из зоны комфорта и перевести преимущество на свою сторону перевесила мои сомнения. Я поспешила в бар, чтобы до прихода Норы успеть выпить пинту «Гиннесса». Я написала ей, где сижу, и заняла для нее место, бросив куртку на соседний стул. Накануне вечером Нора прислала мне свой номер телефона, чтобы мы могли договориться о встрече. После этого я подписала ее на рассылку сообщений от сорока семи политиков из самых разных партий. Я представляла себе, как приверженцы Марджори Тейлор Грин и Нэнси Мейс засыпают Нору страстными призывами помочь им искоренить трансгендерных людей. Интересно, какова будет ее реакция. Ознакомившись с ее профилем в «Инстаграме», я сделала вывод, что Нора из тех либералов, которые твердят, что «любовь есть любовь», какого бы пола ни были влюбленные, но при этом вызывают полицию, если у соседей слишком шумная вечеринка. На самом деле я не сильно отличалась от них, но у меня хватало ума в сети притворяться более радикальной. |