Книга Хороший человек, страница 35 – Кирстен Кинг

Меня трясло от холода и адреналина.

— Да ты что! – выдохнула я. – Но это точно не мы. Очевидно.

— Конечно. – Судя по голосу, Джейми не до конца мне поверила.

— По сути, я ведь любила его. Я бы никогда не пожелала ему… ничего по-настоящему плохого.

— Конечно, – глубоко вздохнула Джейми. – Разумеется. Это какое-то безумие.

Генри был первым умершим человеком, с которым меня связывала такая близость. Мой дедушка скончался, когда я была ребенком, и мой отец, которого я не знала, тоже умер. Но Генри практически стал частью моей жизни! И так рано ушел из нее. Меня замутило, когда я осознала, что больше никогда его не увижу. Любила ли я Генри? Теперь, после его смерти, я чувствовала, как моя привязанность растет с каждой секундой. В голове прокручивался траурный видеоряд. Я видела, как он сидит напротив меня в баре, прижимается ко мне в постели, смешивает коктейль. Материала для этого ролика было не так много, но его хватило, чтобы у меня навернулись слезы. «Мой парень мертв», – повторяла я про себя.

— Что нам делать? – спросила Джейми.

Я прикидывала варианты. Мы не можем пойти в полицию и сказать, что наслали на Генри проклятие. Меня сочтут психически ненормальной. Может, свалить все на Джейми? Сказать, что это была ее идея? Но вряд ли Джейми вот так легко возьмет на себя вину, как бы сильно она меня ни любила. Я вспомнила сообщение, которое отправила Генри прошлой ночью: «Ты получишь по заслугам».

Сердце учащенно забилось. Зачем я отправила это сообщение? О чем я только думала? Почему я позволила Джейми уговорить себя отправить эту жалкую, а теперь еще и компрометирующую меня угрозу? В полиции же не станут подозревать, что я как-то причастна к смерти Генри? Спокойно, спокойно! Я была с Джейми в своей квартире! А потом легла спать. Элиза тоже была там все это время! У меня есть алиби! Несколько, если на то пошло. И все мы – белые женщины, нашим словам полиция, скорее всего, поверит. Мне не о чем беспокоиться. Полицейские, даже если бы они заподозрили меня, быстро поняли бы, что я ни при чем. Все будет хорошо. Они во всем разберутся. По крайней мере, в том, что касается меня.

— Нам ничего предпринимать не надо, – уверенно заявила я. – Пусть полиция просто делает свою работу.

— О’кей, – выдохнула Джейми.

— Все обойдется. Мы ничего плохого не сделали, – сказала я.

— О’кей, – повторила Джейми.

Наконец-то она мне хоть немного поверила. Теперь мне оставалось только убедить себя.

Я заметила, что Кэндис с любопытством смотрит на террасу:

— Мне нужно идти. Позвоню позже.

Я дала отбой и постаралась взять себя в руки, прежде чем войти в офис. Интересно, видел ли кто-нибудь, как меня вырвало? Лучше бы никто не видел, хотя сейчас это была наименьшая из моих проблем. Ко мне подошла Кэндис, лицо у нее было обеспокоенное:

— Все в порядке? – спросила она.

— Мой парень умер, – выпалила я, не успев подумать, стоит ли об этом рассказывать.

У Кэндис отвисла челюсть.

— Боже мой! Боже мой, Лиллиан! Мне так жаль!

Она обняла меня. Несколько сотрудниц, случайно услышав эту новость, повернулись ко мне. Меня сжимали в объятиях, звучал хор соболезнований и восклицаний типа «Держись, ты такая храбрая!». Кэндис велела мне взять выходной, или неделю, – в общем, сколько потребуется, чтобы справиться с утратой. Она сказала, что компания пришлет еду мне домой. Аманда из отдела работы с соцсетями (которая обычно вела себя как последняя стерва) прослезилась. Как это ей удается – так быстро заплакать? У нее что, слезный карандаш в ящике стола? А мне тоже полагается плакать? Аманда сквозь рыдания поведала мне, что несколько месяцев назад скончалась ее собака, поэтому она «понимает, что я сейчас чувствую». Все вокруг повскакали со своих мест, собрали мою сумку и выпроводили меня из офиса. Джессика добавила свой номер в мой телефон и велела написать ей, если мне что-нибудь понадобится. Джули сказала, что высылает мне подарочную карту «Постмэйтс» на сто долларов, чтобы мне «не пришлось заботиться о том, как себя накормить». Внимание коллег, пусть полученное ценой такой потери, меня порадовало, даже восхитило.