Книга Что случилось прошлой ночью, страница 113 – Лия Миддлтон

Дженнинг наклоняется вперед, подвинув ладони совсем близко к моим.

— Почему вы солгали, Наоми, если искренне считали, что это несчастный случай? Несчастные случаи случаются постоянно. Чаще, чем вы думаете. Чаще, чем о них пишут в газетах. Зачем лгать?

— Потому что… Знаю, это звучит глупо, но я боялась, что ее заберут у меня. Когда мой папа умер, его увезли из дома прямо на моих глазах. Мне пришлось присутствовать на опознании и попрощаться с ним в морге, и я просто не могла вынести мысли о том, что мне придется делать это с Фрейей.

В его глазах нет сочувствия. Ни проблеска понимания.

— И я беременна, – продолжаю я. – Я подумала, что и этого ребенка заберут. Я… я просто запаниковала.

Уокер хаотично пишет что-то в блокноте, не сводя с меня глаз.

Дженнинг кивает.

— Да, я с удивлением узнал о вашей беременности. Вы прежде не упоминали об этом.

Нужно рассказать им о том, почему Эйден ушел. Нужно поведать им настоящую причину, по которой я боялась потерять своего ребенка. Моя нижняя губа сильно дрожит, но я не могу заставить себя говорить. Не могу этого сделать. Ребенка заберут, и я останусь одна. Лишусь обоих детей: один мертв, другой утрачен.

— Это был несчастный случай, – повторяю я. – Пожалуйста, поверьте мне.

— Вы понимаете, что описанные вами действия являются правонарушением?

— Да.

— Трата времени полиции… Препятствование надлежащему погребению. Искажение хода правосудия…

— Да.

— Вот видите! Хотите знать, что я думаю? Я думаю, что вы умная. Я думаю, вы заранее все просчитали на случай, если мы ее найдем. И я думаю, что вы признались во всем этом, чтобы попытаться избежать обвинения в реальном преступлении, которое вы совершили.

— Убийство? – ахаю я. – Я не убивала Фрейю… я бы никогда не причинила вреда своему ребенку. Это был несчастный случай. Она упала.

Это наверняка был несчастный случай. Наверняка. Все остальное немыслимо.

Дженнинг откидывается на спинку стула с самодовольным, самоуверенным выражением на лице. Он так держится, словно знает секрет, который изменит все.

— Что ж, как и во всех случаях, когда мы находим тело, Наоми, патологоанатом сделал вскрытие. Мы попросили предоставить нам результаты как можно скорее, в экстренном порядке. И знаете, что обнаружилось?

Он берет лист бумаги, который до этих пор лежал поверх папки, и подвигает лист ко мне; буквы расплываются, прежде чем обрести четкость. Я торопливо пробегаю взглядом по строчкам, пока не натыкаюсь на последний абзац – заключение. Читаю слова, но мой мозг не в состоянии понять их значение.

Перечитываю еще раз.

Медленно поднимаю взгляд на полицейских. Оба наблюдают за мной – ждут моей реакции.

Пожалуйста, нет. Этого не может быть.

— Теперь вы понимаете, почему мы вам не верим? – Дженнинг подтягивает лист обратно к себе и убирает его в папку. – Смерть Фрейи не была несчастным случаем.

Это не был несчастный случай.

Кто-то сделал это намеренно.

Я уложила Фрейю в постель, а на следующее утро она лежала у подножия лестницы. Она упала. По-другому и быть не могло. Но патологоанатом…

Явные признаки насильственной смерти.

Вот что говорится в отчете. Смерть не от несчастного случая. И целая череда доказательств, подтверждающих этот вывод. Как научный эксперимент в школе: гипотеза, исследование, доказательства, результаты, заключение. Но я не понимаю доказательств. Я не могу осознать результат. Это невозможно. Это должен быть несчастный случай.