Онлайн книга «Убийца с реки Дженеси. История маньяка Артура Шоукросса»
|
Я решила покончить с собой, но не могла придумать, как это сделать. У меня еще оставалось что-то от былого тщеславия, и я говорила себе: «Не делай ничего, что изуродует тебя. Ты должна лежать в гробу красивой. Не калечь себя, не прыгай с моста». Я взяла таблетки у нескольких врачей и однажды ночью, пересчитав их, решила, что мне хватит. Я попросила сестру и шурина приехать, чтобы попрощаться с ними. Гэри вошел и сказал: — Хелен, ты неважно выглядишь. Тебе нужно перестать ходить на могилу каждый день. Я сломалась и напрочь забыла о своем плане. — Мне нужна помощь, – сказала я. – Вам лучше отвезти меня в больницу. В психиатрическом отделении было так много неуравновешенных людей, что я боялась выходить из палаты. У меня были долгие беседы с психотерапевтами о моем горе, и это лечение спасло мне жизнь. Когда я вернулась домой через месяц, я уже знала, что справлюсь. Но я по-прежнему не могла видеть людей. Каждый день после работы я спешила домой. Я думала, что если буду в своей квартире и моя дверь будет закрыта, никто не сможет прикоснуться ко мне, никто не сможет сделать мне больно. Я смогла выжить, но боль так и не прошла. Окружающие говорили, что мне следует обратиться к психологу, но я не хотела этого делать. Потом начались мигрени. Моя семья посоветовала обратиться к неврологу, но я подумала, какой в этом толк? Мне нужно было привести ее в дом, если я собиралась вымыть голову. Я думала, кричала она мне или нет. Почему я ее не слышала? Может быть, сушилка работала слишком громко? Друзья посоветовали мне перестать наказывать себя. Они звонили, передавали свежую информацию о лечении головных болей, о новейших методах, но я не слушала. Я не принимала лекарств. Я решила, что это мое наказание. 8. В «Грин-Хейвене» Артур Шоукросс устроился основательно. Здесь его наказывали за хранение контрабанды, кражу продуктов питания, драки, беготню по коридору, громкие разговоры по ночам, но это были незначительные правонарушения, которые, растянувшись на несколько лет, не повлияли на общую оценку его поведения. Он продолжал сопротивляться психотерапии и отказался записаться в тюремную программу для преступников, совершивших половое преступление. Некоторые из его психотерапевтов считали, что он не способен осознавать свое поведение, другие же пришли к выводу, что он слишком упрям, чтобы пытаться это сделать. «У нас недостаточно информации из первых рук о его дезадаптивном поведении, начиная с раннего подросткового возраста, – констатировал психолог Майкл Бочча в начале четвертого года тюремного заключения Шоукросса. – Три развода, отсутствие жизненных целей…» Как и большинство других экспертов, Бочча обратил внимание на некоторые странные противоречия: «Он говорит нам, что заслуживает большего наказания, чем получил за свои преступления, тяжесть которых по-прежнему преуменьшает». Несмотря на стойкое сопротивление убийцы и его «неполную искренность в разрешении глубоко укоренившихся внутрипсихических и межличностных конфликтов», Бочча рекомендовал обратиться к психологу-консультанту или перевести заключенного в учреждение, где ему будет доступна интенсивная терапия. Полгода спустя, 27 мая 1977 года, психотерапевт отметил в досье Шоукросса: «Не хочет посещать групповую терапию… Испытывает сильный стыд и раскаяние в содеянном [с Карен Хилл] и не считает, что готов или заслуживает освобождения. Нравится жизнь в институциональной среде…» Психотерапевт также сообщил, что Шоукросс страдает депрессией из-за убийства и видит Карен Энн Хилл в ночных кошмарах. |