Книга Ведьма из Кингспорта, страница 87 – Рональд Малфи

— А дальше?

— Я сел в машину и поехал домой: боялся, что сын может проснуться и испугается, не найдя родителей. Когда я съехал с шоссе на дорогу, ведущую к застройке, я увидел ее, идущую посреди улицы.

— Жену?

— Кого еще, черт возьми?! Она плелась по центру проезжей части – пьяная в стельку, с обувью в руках. Я остановился, опустил окно и сказал ей, чтоб забиралась в машину.

— А она?

Дейл горько рассмеялся.

— Она начала меня материть. Смеяться надо мной. Насколько я помню, она и поплакать немного успела. Вообще себя не контролировала. А пила она столько, что протрезветь смогла бы только к утру. Но в конце концов она забралась в машину, и я отвез ее домой.

Когда мы подъехали к дому, она уже отрубилась на пассажирском сиденье, и я решил оставить ее там, чтобы она проспалась. Вернулся в дом, проверил Баррета – он, слава богу, еще спал – и лег в кровать. Но минут через пять я услышал, как она спотыкается у входной двери. Я не хотел, чтобы она разбудила сына, не хотел, чтобы ребенок видел ее в таком состоянии, поэтому встал и вышел, надеясь уложить ее спать.

Она стояла на кухне. Просто стояла, босиком. Я увидел ее и сказал… То есть я не знаю, что сказал и что она ответила. Я вообще не помню, понимаешь? Все, что я знаю, это то, что она кричала, а потом начала бить меня кулаками, и я не хотел, чтобы сын это услышал, и все говорил ей, чтобы она замолчала, успокоилась и замолчала, но она все била и била меня, и, не знаю, у меня разум помутился, и я схватил ее… пытался заткнуть ей рот, но не смог, и тогда я толкнул ее… или пытался схватить ее… Не уверен, я не помню… и тогда она… ну… она упала. Ударилась головой об угол кухонного стола, а потом упала на пол. И я подумал: ладно, это плохо, но она хотя бы молчит, хотя бы успокоилась – так что, может быть, я смогу уложить ее в постель… но потом я увидел, что она не двигается. И я увидел ее голову, и там было что-то вроде… ну…

Дейл сделал паузу, его голос дрогнул. Он отвернулся от меня, его глаза снова наполнились слезами. Нога продолжала подпрыгивать, а пальцы снова впились в колени.

— Все в порядке, Дейл. Не торопись.

Он перевел дыхание и продолжил:

— Я понял, что она мертва, как только взглянул на нее. Я просто знал это. Ее глаза были открыты… просто смотрели в потолок. И эта рана на голове…

— Там была кровь?

Казалось, он раздумывал над этим вопросом, как будто воспоминания о столь яркой детали как-то ускользали от него. Наконец Дейл сказал:

— Совсем немного. Ее голову будто вдавило внутрь.

— И что ты сделал?

Он долго молчал. Я сидел и ждал, когда он продолжит. Секрет моей профессии заключается в том, чтобы никогда не вмешиваться, не нарушать тишину, когда кто-то исповедуется, – просто позволяешь человеку говорить, а если возникает неловкая пауза, то пусть он сам заполняет ее словами. Пусть именно ему будет неловко из-за молчания.

— Я запаниковал, – сказал он в конце концов. – Не знал, что делать. Я все время боялся, что Баррет проснется, выйдет из детской и увидит, что произошло. Черт, Эндрю… Черт!

Он потянулся за бутылкой, и я не стал его останавливать.

— У меня был плотный полиэтилен на заднем сиденье, – сказал он, наполняя стакан. Он наполнил и второй – один из чистых стаканов, принесенных Тиг. Я не притронулся к нему, а Дейл, похоже, и не заметил. – Я завернул тело в него, отнес в машину и некоторое время ехал, пытаясь придумать, что мне делать. Я не знал, что делать, Эндрю. Я сходил с ума. Все время думал о сыне.