Книга Жены убийц и их тайная жизнь, страница 122 – Элизабет Арнотт

Беверли выдерживает паузу.

— А я, Элси, не о Хэнке говорю.

Элси глядит с недоумением. Беверли помахивает моментальным снимком.

— Даю подсказку: чей это фотоаппарат?

Мгновение Элси раздумывает, затем шепчет:

— Черт возьми!

К уху Беверли прижата телефонная трубка, дрожащие пальцы крутят диск. Беверли необходимо поговорить с Роджером. Она слышит долгие гудки. Ответа нет. В отчаянии Беверли швыряет трубку, оглядывает лобби редакции «Сигнала». Элси наверху – побежала отпроситься и забрать сумочку. Медлить нельзя. Беверли вновь берется за телефон, набирает номер приемной в полицейском участке.

Наконец-то ответили. Голос незнакомый.

— Говорит Беверли Лайтфут.

Только так – представившись по фамилии бывшего мужа – Беверли добьется толка.

— Речь идет о Бульварном мяснике. Мне нужно поговорить с детективом Гризвом – у меня для него информация. Дело не терпит отлагательств.

— Детектива Гривза сейчас нет на месте.

Беверли скрипит зубами. Ясно, что это значит.

— Может быть, меня выслушает кто-нибудь другой…

В трубке короткие гудки. Беверли издает рык.

Выбора нет. Очень не хочется это делать, да и риск огромный. Если у Роджера сегодня выходной, он будет дома не один, а с Инид. Тем не менее придется ехать к нему и выкладывать все, что известно ей и Элси.

Хотя Роджер не давал Беверли своего адреса, она знает, где его дом. Сколько раз она воображала, как Роджер проводит там дни со своей женой! Наверняка дом – просто мечта: стены белые, на террасе пара кресел (устроившись в одном из них, Роджер душными вечерами пьет холодное пиво). Уютная кухня оборудована всем необходимым, а Инид умеет испечь пирог из того, что есть под рукой. Если Беверли слишком углубляется в семейную жизнь этой четы, потом у нее ощущение, что под ногтями грязь.

В чем провинилась Инид, что ей на долю выпала неверность мужа? Чем она заслужила столько лжи? Ни в чем и ничем. И Беверли это известно.

И вот она должна встретиться с этой женщиной лицом к лицу.

Что, если Инид догадается? Посмотрит на Беверли и сразу поймет: эти губы целует ее муж?

Недолог путь до пригорода, утопающего в зелени, однако дом оказывается куда скромнее, чем ожидала Беверли. Никаких шезлонгов на лужайке, зато есть огромный древний дуб с узловатыми ветвями. Листвы уже коснулась янтарная желтизна. На дворе осень – время перемен.

Беверли вышла из машины, но ноги не несут ее к дому. Она прислоняется к дверце и глядит на фасад, воображая, как Роджер и его жена из разных комнат пойдут открывать ей, как соприкоснутся ладонями, оказавшись рядом.

Беверли переводит взгляд на широкие окна гостиной, представляет сцены, которые разворачиваются вечерами, когда задернуты шторы. Целует ли Роджер свою жену, вернувшись с работы? Известно ли Инид о Бульварном мяснике? И о том, что ее столь гнусно предают?

Беверли рада была бы остаться вне пределов этого брака, ею разрушаемого, но сведения нужны полиции прямо сейчас. И Беверли, вдохнув поглубже, заставляет себя отлипнуть от машины.

Идя к крыльцу, она спиной чувствует любопытные взгляды соседей. Поднимает руку, но, прежде чем постучать, прикладывается к двери ухом. Тишина. Беверли берет молоток и колотит в дверь.

— Кто-нибудь! – неуверенно зовет она, снова стучит, ждет.

Не говорил ли ей Роджер, что собирается с Инид в небольшое путешествие? Вроде нет.