Книга Гражданство магической реальности, страница 134 – Максим Сабайтис

— Я принимаю вашу помощь и сам готов помогать вам, при условии, что это не поставит под угрозу моих друзей и родных, а также не будет противоречить моему внутреннему этическому кодексу.

Для большей убедительности я сопроводил фразу движением руки с топологическим изолятором и проявлением свободной воли. Это не осталось незамеченным.

— А круто у тебя получается, — заметила Шпилька.

— Говоришь и от этих слов по коже мурашки волнами.

— Лет через тридцать сама так попробуешь, — пообещала Колди. — Если не будешь лениться с тренировками. Имярек, это был перебор. Ты ведь в курсе, что печать фиксирует такие обещания и накладывает дополнительные ограничения на практика в случае их нарушений? Не постоянные, но несколько месяцев или год с таким обременением ходить неуютно.

Давно подозревал что-то подобное. С того момента как свободную волю использовал для обретения гражданства. Когда сама окружающая реальность фиксирует и отслеживает озвученные обязательства, это чем-то напоминает автозапись и логирование в игре с полным погружением. Вот они, гейсы. И снова Матрица…

— Если бы у меня тоже были бы гражданские права, освободила бы тебя от последствий, но тут облом…

Я отмахнулся той же рукой.

— Ты первая предложила поддержку, а мои слова не противоречат кредо. Там же два принципиальных условия.

— Все равно спасибо. Это, на самом деле, очень важно для нас всех.

Колди поставила турку на конфорку и на какое-то время сосредоточилась на кофе.

— Я не так хорошо разбираюсь в магии, как Колди, но когда ты удивляешь мою наставницу, удивляешь и меня, — заметила Шпилька, проходя мимо меня к электрическому чайнику.

— То, что нас удивляет, способно и научить. Так что приготовься и не удивляйся тому, что я начну у тебя учиться. И спасибо за только что состоявшийся урок.

Странная она все-таки. Какое-то время мне казалось, что Шпилька просто сливает свою внутреннюю агрессию в поединках на деревянных мечах. О том, что это лишь одна из сторон её образа, удалось узнать только от Ворчуна.

А тут и вовсе какое-то послушничество, как в историях про всякие монастыри, где обучают боевым искусствам. Наставница, урок, глубокомысленные сентенции… Еще пару недель назад оно показалось бы мне чем-то вроде секты.

Но теперь, посетив магическую реальность и вернувшись оттуда в высотку, распределенную по всему городу, такие мысли вызывали только усмешку. Жизнь уже начала меняться и возврата к прошлому не допускала.

— Можете вкратце рассказать, что из себя представляет ваше “мы”? Это избавит нас от лишнего недопонимания.

Я устроился на стуле возле холодильника. Рыжий кот со скучающим видом подошел изучить мой запах и свои шансы получить что-то вкусное.

— А тут все просто, — мгновенно откликнулась Колди.

— По эту сторону живет множество граждан самых разных категорий. Тут даже мигранты классов Эль и Эм встречаются. Они вписываются в повседневную жизнь обычных людей с разной степенью гармоничности.

Что-то их не устраивает, где-то тянет немного нарушить или обойти правила. Печать эти действия фиксирует, но поскольку они не подлежат прямому наказанию, то такие действия лишь сокращают шансы этих граждан на повышение категории.

Когда долго нет прогресса — граждане перестают воспринимать эту сторону как место временного проживания, начинают обустраиваться.