Книга Пари на развод, страница 79 – Рина Беж

— Олесь, Иван точно не помешает? – уточняю еще раз, ставя телефон на беззвучный, потому что он начинает разрываться от входящих.

— Точно, Ром, поезжай, – отвечает серьезно. – Я умею ладить с детьми, а твой – вообще парень мировой.

Улыбается, запрокидывая голову, чтобы смотреть мне в глаза. Когда мы стоим рядышком, а она еще и босиком, то кажется совсем маленькой.

— Спасибо, ты – мой ангел-спаситель, – сиплю, сокращая между нами расстояние до минимума, наклоняюсь и целую ее в щеку, едва-едва задевая краешек манящих губ.

Кажется, еще секунда рядом, и сцапаю ее в свои загребущие лапы, забью и на звонки, и на дела, и на детей, смеющихся за стенкой. И гори все синем пламенем!

Очуметь, вот это меня накрывает.

А мой личный магнит смотрит из-под длинных ресниц, переминается с ноги на ногу и мило краснеет.

Глава 25

ОЛЕСЯ

Алексею четырнадцать.

Павлуше восемь.

Крестнице Машуне четыре.

Ванюшке через пару месяцев три.

Чувствую себя матерью-героиней и нянькой в разновозрастной группе продленного дня одновременно… улыбаюсь.

Трескотня, смех, разноголосые «Почему?» и «А мне?», хаотичные перемещения по квартире: попить, пописать, помыть ручки, взять печеньку…

Смотрю на всех, таких разных, но одинаково милых, и кайфую. Никакого дискомфорта, никакого нервного перенапряжения от многозадачности, создаваемой потребностями стайки детей.

Мне хорошо. И ненапряжно.

Естественно, сильно помогает родное сердце. Когда мелкой троице гостей надоедает играть в неразобранную вчера железную дорогу, как позже надоедает и рисовать, и строить пирамиды, и смотреть бесконечные мультфильмы по детскому каналу, Алешка приходит на помощь и берет в оборот Назарова-младшего.

— Ма, мы с Пашкой до магазина прогуляемся. За хлебом, молоком и йогуртами, – перечисляет, закидывая руку тому на плечо. – Нам же много всего нужно, а одному мне четыре пакета за раз не унести.

— А вдвоем справитесь? – уточняю на всякий случай, держа перед собой коробку, в которую Маша и Ваня, устроив соревнования на скорость, собирают раскиданные по полу фломастеры.

— Конечно, – подмигивает мой хитрец, – смотри, какой Паха уже взрослый стал.

«Взрослый», недавно преодолевший метровый рубеж и перешагнувший в категорию «метр с кепкой», важно задирает курносый нос. От похвалы старшего товарища его только что не плющит. Еще бы, Алешка для него – авторитет!

— Унесу, тёть Олесь, я сильный, – заверяет сын Марго, напыжившись и сжав кулачок, чтобы продемонстрировать худенький бицепс.

Улыбаюсь, одобрительно киваю и отпускаю старших детей с легким сердцем. Знаю, Лекс будет аккуратен и за всем проследит.

Затем переключаюсь на малышей и зову их на кухню. Сначала кормлю супом, разлив его по заранее приготовленным небьющимся тарелкам с яркими рисунками, а после приучаю обоих к чистоте. Набрав в таз теплой воды и выдав каждому по мыльной губке, учу мыть посуду.

И пусть от моей идеи тарелки блеском не сияют, стол и пол утопают в лужах, а одежда тружеников мокрее мокрого, зато я достигаю поставленной цели – крохи счастливы до безобразия, а еще вымотаны по максимуму. В итоге на дневной сон укладываются за десять минут. Даже сказку читать не приходится.

Когда приезжают Марго с Олегом, а практически следом Роман, часы показывают начало пятого.