Книга Затмение страсти, страница 23 – Дженис Мейнард

— Так что же случилось?

— Когда моей матери было сорок девять лет и приближалась менопауза, она узнала, что беременна. Думаю, можно не говорить, что это было шоком для нее. Она и мой отец были хорошими, порядочными людьми. Они не отдали меня на усыновление. Вместо этого они положили конец своим путешествиям и устроились работать преподавателями.

— Но они затаили обиду на тебя… – Его попытка понять была почти комичной.

— Ничего такого драматичного. Они делали все, что положено делать родителям. Конечно, когда я была младенцем, у меня были няни, но хорошие. Когда я стала достаточно взрослой для детского сада, мои мама и папа принимали участие в моей детсадовской, а затем школьной жизни.

— Что‑то было не так?

— Родительство не приносило им радости. Одна из причин, по которой они никогда не хотели детей, заключалась в полном отсутствии у них родительских чувств. Вместо тепла, объятий и искренней связи между родителями и детьми наши отношения больше походили на игру. Они изо всех сил старались выполнять возложенные на них роли, я действительно в это верю, но это были пустые усилия.

— Когда ты это поняла?

— Думаю, лет в семь. Это было весной, в первом классе. Мой класс ставил спектакль. Другие родители смеялись, разговаривали, фотографировали.

— А твои родители?

— Они сидели на складных стульях в дальнем углу аудитории. Никогда ни с кем не разговаривали. Никогда не вовлекали себя в этот хаос. Я знаю, что была еще очень маленькой, и, возможно, я приукрасила детали, но что запомнилось мне, так это выражение недовольства на их лицах. Возможно, тогда они поняли, от чего им пришлось отказаться и чему посвятить плодотворные годы жизни. Родительство не было их выбором, и они тяготились этим.

Взгляд Броуди был встревоженным.

— Мне очень жаль, Кейт.

— Не стоит. С годами я пришла к пониманию, что мне повезло больше, чем другим. У меня были все материальные блага и безопасное место для ночлега.

— Детям нужна любовь.

— Да, нужна. Именно это я и пытаюсь тебе сказать. Если дети не вписываются в твою жизнь, для всех нас было бы лучше, если мы смиримся с этим сейчас.

Броуди проигнорировал ее слова. Он побарабанил пальцами по столу.

— А как складывалась твоя жизнь в дальнейшем?

— Я хорошо училась в школе. Когда я уехала в колледж, думаю, это было облегчением для всех нас троих. Мои родители наконец‑то смогли жить так, как они хотели, а я была готова стать взрослой.

— Бабушка сказала мне, что твои родители умерли до того, как ты переехала в Кэндлвик.

— Да. У моего отца шесть лет назад обнаружили рак легких. Однажды днем, когда моя мать везла его домой с приема у врача, пьяный водитель проехал на красный свет. Они погибли мгновенно.

— Кейт, мне так жаль.

Ее горло сдавил спазм боли.

— Спасибо. Я пережила это и живу дальше.

Броуди нахмурился.

— Мы с тобой могли бы обеспечить эмоциональную безопасность ребенку. У меня есть семья, в которой рады будут его принять. Для тебя имеет смысл выйти за меня замуж.

— Перестань давить на меня, – сказала она. – Ты думаешь, что можешь все устроить, просто фантазируя об этом, но жизнь не так проста. А когда появляются дети, все становится еще сложнее…