Книга Затмение страсти, страница 19 – Дженис Мейнард

Зеленые глаза Кейт заблестели от слез.

— Конечно нет, глупый ты шотландец. – Ее голос звенел от негодования. – Ты действительно думаешь, что я так быстро нашла кого‑то другого после твоего отъезда? Боже милостивый, Броуди. Ты был первым мужчиной, с которым я переспала за пять лет. И это была счастливая случайность. Я вообще не искала секса.

Она попыталась подавить слезы, но не справилась и разрыдалась. Почему он был таким придурком? Возможно, потому, что никогда в жизни не был так напуган, смущен и виноват. И пристыжен. Его мучила совесть за то, что он не был с ней в течение последних травмирующих недель.

— Тебе было дурно с самого начала беременности? – Чтобы почувствовать иллюзию контроля над ситуацией, он продолжал говорить. Но на самом деле голова у него шла кругом, и он понятия не имел, что делать дальше.

Пожалуй, настолько же жутко он чувствовал себя единственный раз в жизни, когда в одиночку вышел в море на одной из своих лодок, попал в сильный шторм и чуть не утонул. Только сегодня было намного хуже. Кейт медленно покачала головой:

— Нет. Со мной такое в первый раз.

Он провел обеими руками по волосам, не в силах прийти в себя и пытаясь смирился с фактом своего скорого отцовства.

— Я позабочусь о ребенке, – сказал он.

Изумрудные глаза Кейт потемнели.

— Тебе не нужно утруждать себя речами, Броуди. Единственная причина, по которой я вообще собиралась рассказать тебе о ребенке, заключалась в попытке успокоить мою совесть. Я достаточно зарабатываю. Я ничего не хочу и не жду от тебя. Ты можешь вернуться в Шотландию. На самом деле чем скорее, тем лучше. Изабель не нуждается в тебе, и я тоже.

Ярость, горячая и дикая, пульсировала в его венах. Но когда посмотрел на нее, такую разбитую и несчастную, сидящую в его постели, он заставил себя проглотить гневные слова, которые хотел бросить в нее. Кейт носила его ребенка. Она была больна, растеряна и уязвима.

Не обращая внимания на ее невнятные протесты, он поцеловал ее в лоб и снова поднял на руки с намерением отнести в столовую.

— Ты изнуряешь себя борьбой, маленькая мама. Сделай перерыв на сегодняшний вечер. Поговори с Дунканом и бабушкой. Завтра взойдет солнце, и тебе станет лучше, клянусь.

Ее голова склонилась ему на плечо, ее теплое дыхание коснулось его шеи.

— Я ненавижу тебя, Броуди.

Могучий вздох поднял его грудь и прокатился по нему волной сожаления.

— Я знаю, Кейт. Я знаю.

Час спустя Броуди стоял у входной двери и смотрел, как задние фары машины Кейт исчезают за холмом. Он проиграл ожесточенный спор о том, поедет ли она сама обратно в город, или ее довезет Броуди. Только когда Кейт разрыдалась, он заставил себя отступить. Он мало что знал о беременных женщинах, но в данный момент ее эмоциональное состояние было неустойчивым, поэтому он неохотно согласился. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он наконец получил ее сообщение о благополучном прибытии домой. Он подпрыгнул, когда Дункан без предупреждения заглянул в комнату.

— Что ты собираешься делать?

— Понятия не имею, – угрюмо сказал Броуди. – Что бы ты сделал на моем месте?

— Если ты не хочешь ее, почему бы не согласиться, чтобы она нашла другого парня, который будет любить и ценить ее?

— Я никогда не говорил, что не хочу ее.

— Да ладно тебе, Броуди. Уж я тебя знаю. Ты никогда не встречался ни с одной женщиной достаточно долго, чтобы у нее появились идеи о браке. С таким же успехом ты мог бы сделать татуировку у себя на лбу: «Броуди Стюарт не берет на себя никаких обязательств».