Книга Тайны Васильков или мое нескучное лето, страница 44 – Лина Филимонова

Серый замолчал.

— И что… потом? — спросил Колька Сопля.

— Если не смотреть ему в лицо, то, в общем-то, ничего страшного, — ответил Серый. — Нужно только дождаться, когда он исчезнет.

— Исчезнет? — раздался тревожный шепот Галки.

— Да, исчезнет. Он не уйдет, а будет ждать ровно восемь минут. А когда стемнеет, растворится в воздухе.

— А что будет… если посмотреть на него? — решилась я задать вопрос.

— Он заберет твою жизнь, — коротко ответил Серый.

— То есть, ты умрешь? — спросил Вовка.

— Умрешь, но не сразу. Через некоторое время. Но твое умирание начнется с этого момента.

— А что, у него очень страшное лицо? — спросила Галка.

— У него нет лица, — веско произнес Серый. — На месте лица у него пустота.

Эта фраза меня окончательно добила. Я в ту ночь долго ворочалась в постели, пытаясь понять, как это вместо лица может быть пустота. Не чернота, не туман какой-нибудь, а настоящая пустая пустота. Мысли об этом приводили к тому, что я покрывалась мурашками и начинала нервно дергаться от малейшего шума. Как я ни старалась выкинуть эту историю из головы, у меня ничего не получалась. Иногда я забывала о пустом человеке, но, в какой-то момент, оказавшись в сумерках одна, снова вспоминала. И тогда я старалась смотреть только себе под ноги и держаться подальше от любых строений, из-за которых может появиться это жуткое исчадие ада.

Все эти воспоминания стремительно пронеслись перед моим мысленным взором после слов Белки.

— И что? — спросила я, уставившись на нее.

— Что — и что?

— Ты что, испугалась, когда это услышала?

— Да нет, — Белка покачала головой. — Просто мне это кое-что напомнило. — Она быстро взглянула на меня и снова отвела глаза.

— А кто тебе это рассказал?

— Галка.

— Интересно, как это так получилось, что она рассказала тебе об этом именно сегодня? — спросила я, не скрывая подозрительности.

— Ну… — замялась Белка. — Вообще-то это я завела разговор обо всяких страшилках.

— Зачем?

— Так, на всякий случай.

Все понятно. Белка разведывает обстановку. Это я одобряю. Но я не одобряю того, что она действует скрытно, за моей спиной. И при этом смотрит на меня так сочувственно…

— Не пойму, почему ты разговариваешь со мной, как с тяжелобольной, — произнесла я бесстрастным тоном.

— Вовсе нет, — возразила Белка.

— Не нет, а да. И ты, и Ваня…

— Кстати, а где он? — Белка с радостью ухватилась за возможность сменить тему разговора.

— Откуда мне знать?

— Я думала… — начала Белка.

— Больше не думай.

В этот момент у меня в носу вдруг засвербело со страшной силой и я, наконец, разразилась жутким чихом, который практически вывернул меня наизнанку.

— Будь здорова, — благодушно произнесла Белка.

— Да уж, на здоровье не жалуюсь, — я вытирала набежавшие на глаза слезы. — Просто пыли надышалась.

— Может, выйдем на свежий воздух, — предложила Белка.

— Давай, — кивнула я.

Мы вышли и уселись на крыльцо. Только Белка собралась продолжить начатый в доме разговор, как над калиткой показался Ваня, вернее, его верхняя половина.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровался он.

— Привет, — отозвалась Белка.

— Что это ты тут делаешь? — спросила я сердито.

— Да я просто мимо проходил. Я, вообще-то, к Антону иду.

— К Антону? — переспросила я. — Ну-ну. А это как раз самый ближний путь.

От дома Вани до дома Антона метров пятьсот прямо по улице. Мой же дом находится на соседней улице, практически на краю деревни, и мимо него можно попасть только в лес, на речку и на кладбище.