Книга Песня для Генри, страница 3 – Лила Лимоновая

Ну представляешь, масштаб абсурда? Какой, к чёрту, сноуборд! Неужели не могли другую фотографию выбрать? Твои родители не могли предложить другую? Или не было других фоток? Короче, никто не заморачивался, а может и специально выбрали, чтобы «без лица». Не знаю, но суть не в этом.

И вот, сижу я, привычно кручу в руках идиотскую статуэтку собачонки с директорского стола. Андерс зыркает на меня с прищуром, а потом выдаёт.

— Генри…

Он всегда со мной старается неформально общаться.

— Генри, хочу попросить тебя об одолжении.

Ну думаю, опять нелепое наказание, отнести что-нибудь тяжёлое, принести, как обычно. И почти угадываю… Андерс, встаёт, берёт с комода коробку, ставит передо мной лёгкую такую картонную коробочку, не больше пару килограмм. Я непонимающе кошусь, а он продолжает.

— Передай, пожалуйста, эту коробку мистеру и миссис Рид.

Я как сидел, чуть не упал. Догнал, что там твои вещи из школьного шкафчика. И понятное дело, меня понесло: «Что ещё за бред? Почему я? Да я с ней даже не общался. У неё свои друзья есть, пусть относят или родители сами забирают…» ну и прочее. Сам не понял, чего так взбеленился. Да мне легче было целиком здание по кирпичикам перебрать, чем ехать к твоей семье. Люди какие-то, которых знать не знаю и тут я, на пороге, с вещами их мёртвой дочки — здрасьте. Я тогда думал, какая же несправедливость и Андерс гандон. И лишь позже, вспоминая, до меня дошло, что это он применял свои психологические штучки, неплохо выучил за все годы, как со мной взаимодействовать.

Помню, с какой обидой я ехал к твоему дому, поглядывал на коробку. Незапечатанную, а мысли не возникло заглянуть. Только думал, почему из-за этого никому ненужного хлама мне приходится терпеть унижение. Ой, несчастный я.

Ты жила в престижном районе. В школе все называют этот буржуазный островок — Аутлэндом, с насмешкой, потому что, на фоне остального города здешние дома выглядят сюрреалистично, да и официальное название хрен выговоришь.

Мой старенький пикап выглядел неуместно на фоне этих стерилизованных особнячков, заборчиков и идеально ярких газонов, но мне было плевать. Да, я сюда закатывал частенько и раньше, и никогда не стеснялся. Заезжал за Карлосом и Дэвидом, чьи пластиковые машинки до тусовочных загородных мест не могли добраться. Или забирал очередную малышку и катил дальше с ней и с гордо поднятой головой. Именно с богатенькими девочками у меня как-то очень легко налаживались связи. Можно подумать, на хрена им такой нищеброд был нужен? Но нет, им, понимаешь ли, наскучивали удобства и золотые горы, и они хотели иногда пожрать дешёвых бургеров. Хотя ты тоже богатенькая… Но по тебе, правда, не скажешь.

Кстати, я знал где ты живёшь, но никогда не обращал особого внимания, видел только проезжающую мимо золотистую задницу твоего миленького маленького Гольфа и сейчас увидел снова. Странно, что тачку не загнали в гараж, она так и стоял на дороге, в тени дерева, перед домом, будто ты только подъехала.

В остальном ничего примечательного не наблюдалось, типичный домишко обеспеченных людей. Я докурил сигарету, ухватил коробку, в надежде быстро передать домработнице и отчалить. Неожиданно остановился рядом с твоей машиной. Заметил, что водительское стекло чуть опущено, наверно ты так оставила в последний раз…