Онлайн книга «Веселые каникулы мажора»
|
Это неправильно… Запретно… Так быть не должно… Хочу оттолкнуть, но лишь сильнее притягиваю к себе, приоткрывая рот. — Ох… Ааандрееей… *Исп. — No Doubt «Don’t Speak» *Исп. — «Сектор Газа» «Лирика» *Исп. — Natalia Oreiro «Me Muero De Amor» Глава 15 Лето 1998 год. Андрей. Это было у моря, где ажурная пена, Где встречается редко городской экипаж… Королева играла — в башне замка — Шопена, И, внимая Шопену, полюбил ее паж. Было все очень просто, было все очень мило: Королева просила перерезать гранат, И дала половину, и пажа истомила, И пажа полюбила, вся в мотивах сонат. А потом отдавалась, отдавалась грозово, До восхода рабыней проспала госпожа… Это было у моря, где волна бирюзова, Где ажурная пена и соната пажа. © гр. «Каролина» (на стихи И. Северянина) — «Это было у моря» Полезный сон в гамаке сегодня не случился: ночной дождь спутал планы. Пришлось нехотя, но всё же идти в дом и терпеть вечернее нытьё Маринки. Мне бы поговорить с ней, но речь надо проработать, приведя железобетонные аргументы. Пока получается морозиться. Получалось… Просыпаюсь я в диком напряжении от того, что творил во сне с одной рыжей врединой. Такой реальный был сон! Мне даже чудились прикосновения, от которых, собственно, и проснулся. Не почудились. — Ты чё тут? — не особо приветливо стряхиваю со своего тела руки Маринки, нарядившейся… Чёрт, сразу так и не разберешься, что на ней. — У деда в сарае, что ли, стащила? — ржу, перекатываясь на бок, не позволяя себя касаться. Если не присматриваться, то реально похоже на рыболовную сетку. — Дурак! Это пеньюар. — Чего? — Халат такой. Вообще-то я тебе подарок приготовила, а ты… — И где он? — демонстративно обшариваю глазами спальню. — Подарок? Так-то я понял, куда ветер дует, но не вставляет. Вот не хочу, как отрезало. Другую хочу обнимать и целовать. Карамельным запахом дышать хочу… — А сколько сейчас? — тяну с тумбы наручные часы и присвистываю: мне же к ювелиру надо, времени впритык уже. — Поздравления откладываются на неопределенный срок. И оденься, а то деда удар хватит, если увидит. — Твой дед, — Савельева обиженно дует губы, — нормальный мужчина. В отличие от некоторых. — И очень любит свою жену, — добавляю, запрыгивая в шорты. — Иди, Марин. Мне ехать надо. — А куда? Ты не предупреждал. Собираюсь ляпнуть, что на ферму, но тут взгляд цепляет краешек журнала, которые раньше собирала Натка. — К врачу поеду, — скорчив скорбную мину, выдаю. — Акклиматизация у меня. Не могу ничего. Сама же говоришь, дед и то крепче оказался… Нет, от выражения лица Маринки можно ржать до слёз, но я держусь. Закусываю губу и типа дрожащим от смущения голосом продолжаю развивать тему. Сам себе не верю, что несу всю эту чушь, но она работает! Савельева подхватывает мою футболку, натягивая её поверх сетки. Ещё и лепечет извинения, что она в таком виде, когда у меня серьезная проблема. Неплохая она девчонка, в принципе-то. Просто не моя. Точнее, как бы ещё моя, раз мы не разошлись официально, но не моя в том смысле… Не люблю, короче. «А кого люблю?» — задаю себе вопрос, прикручивая скорость ручкой, несясь на новеньком моцике по лесной дороге. Решил сократить путь, объехав аварийный участок. На бэхе сюда не сунешься, а мотоцикл везде пройдет. Дед как выкатил, я слёз не смог сдержать, хоть и знал. Отец с матерью как раз позвонили, тоже поздравили. Тепло так вышло всё! И сразу подумалось: ну поехали бы мы за бугор и что? Провели бы месяц в номере и на пляже, в перерывах пополняя Маринкин гардероб? Она бы точно радовалась, а я бы задыхался, не зная, что могу дышать полной грудью. |