Книга Солнце в волосах, страница 30 – Валентина Мельникова

Почему я должна отвечать на эти вопросы?!

Не переживай, всё когда-то бывает в первый раз. Всё будет хорошо.

Он опять оказался близко ко мне, и я сделала шаг назад и отвернулась, понимая, что этим сжигаю последний мост.

Илья совсем не чувствовал моих границ, ни проявил ни толики такта, и моя мечта сейчас горела внутри, а вместо пепла были мои слёзы, скрыть которые оказалось невозможно.

Я резким движением застегнула две пуговицы и демонстративно вытерла слёзы. Я ждала его реакции. И получила её.

Ладно, иди.

Так сухо, так равнодушно прозвучали его слова, что новый поток воды уже готов был хлынуть из моих глаз. Но я сдержалась. Один лишь Бог знает, чего мне это стоило.

Это всё, что ты хочешь сказать? Я думала, к этому этапу люди подходят, когда понимают, что любят друг друга. А ты...　А я тебя не люблю, - громом в пустой комнате раздались его слова. И мне показалось, что все звуки разом замолкли: и шум кондиционера, и ненавязчивая музыка, и стук чьих-то шагов в соседней квартире, и лай во дворе...

Были только слова. Жёсткие, равнодушные, циничные. Но сказанные удивительно искренне - глядя в глаза, без тени смущения: «Я тебя не люблю».

«Зачем тогда всё это?» - хотелось мне крикнуть.

Потому что в моём мире, который я знала - всё было иначе: там были любовь, забота, объятия. Желание быть рядом и всегда поддерживать. Желание давать, а потом уже получать. Желание строить, а потом извлекать результат. Быть вместе в горе и в радости, а не снимать с торта сливки, чтобы потом переметнуться к другому прилавку.

Я просто развернулась и ушла, зная, что больше никогда не увижу его таким, как сегодня.

Зная, что больше никогда не поверю в любовь...

Любовь... А есть ли она в этом мире?

В мире, где все привыкли друг другом пользоваться.

«Я тебя не люблю-ю-ю!!!»

Я снова проснулась от этого крика. Второй раз за ночь. Да сколько можно?

Я раз за разом прокручивала в голове вчерашний день, проваливалась в сон и вновь просыпалась, чувствуя боль и тревогу.

Самое ужасное, что он заставил меня чувствовать себя виноватой, хотя я вполне имею право не соглашаться с ним спать через неделю после того, как мы начали встречаться. И вообще - спать до свадьбы, если вдруг этого не захочу!

Я вспомнила Андрея и снова заплакала.

Ну какая же дура!

И что теперь делать?

Гордая. Проще держать всё в себе.

Маме, конечно, рассказала. Поплакала у неё на плече.

И не раз потом плакала, но только так, чтоб никто не видел. Мне повезло лишь в том, что я целый месяц не видела Илью и, как в поговорке: "С глаз долой - из сердца вон". Мне было легче.

Но наступил сентябрь, и, надо же такому случиться, в первый же день в институте мы встретились с ним в этих стенах.

Заметив его ещё за несколько метров в конце коридора, я ощутила, как подпрыгнуло сердце и ухнуло вниз. И я совершенно не знала, как нужно себя вести. Пройти мимо, сделав вид, что мы не знакомы? Или поздороваться, как будто ничего не было, и он - просто знакомый, с которым мы ездили на море?

Так и не решив и ни капли не успокоившись, я с ужасом наблюдала за тем, как сокращается расстояние между нами.

Можно было, конечно, сбежать. Развернуться и уйти. Сделать вид, будто что-то забыла. Но не буду же я бегать от него целый год?

Он взглянул на меня вызывающе и как будто с ухмылкой. Может быть, я лишь придумала себе это, но он точно ждал моей реакции. И я повела себя так, как считала правильным. Спокойно сказала: "Привет", - и перестала на него смотреть ещё до того, как он ответил мне тем же.