Книга Огненное сердце, страница 42 – Маделин Мартин

Лорд Чарльз поднял руку, и она вложила в нее свою.

— Я опасался, что вы станете меня ненавидеть, узнав, чей я сын.

— У меня есть причина вас ненавидеть? – Она так удивилась, что едва не сбилась с ритма.

— Она в отношениях наших отцов.

— И вы меня ненавидите? С самой первой встречи?

Рука лежала на ее талии, но все же Чарльз держался на достаточном расстоянии – для вальса, разумеется.

— Я вас не знал.

Мир пришел в движение и кружился, кружился, кружился…

— Теперь вы полагаете, что знаете меня.

— Надеюсь, да.

Он так непривычно близко, что можно постоянно вдыхать исходящий от него аромат, уже не казавшийся чужим. Ощущать его ладонь на спине было приятно, как и опираться рукой на крепкое плечо. Все это мешало сосредоточиться на разговоре и оторвать взгляд от его красиво очерченных губ. Элеонора была вынуждена признаться себе, что все происходящее ей очень нравится. Может быть, именно это женщины чувствуют в браке – сочетание душевного покоя и волнующей страсти? Она привыкла думать, что замужество дает женщине не много радостей.

— То, что я узнала о вас, лишь пробудило интерес.

Чарльз посмотрел на нее сверху вниз, заставляя оторваться от губ.

— Леди Элеонора, я вами восхищаюсь.

Она залилась краской. Лорд Чарльз намеренно пытается сбить ее с толку? Нельзя терять контроль над собой.

— Почему же? – едва слышно спросила она, надеясь, что слова сложно разобрать в шуме бальной залы.

— Вы явились на бал в платье Снежной королевы, бросив вызов всему свету, и задаете такой вопрос? – Он усмехнулся и склонился к ней. – Но ведь вы хотели спросить о чем-то другом, верно?

Легкость флирта, привлекательность партнера и близость к нему, полученная благодаря танцу, изменили настроение Элеоноры и растворили гнев в ее душе. Она действительно хотела узнать, почему он просил у матери разрешение ухаживать. Было ли желание искренним или просто первым пришедшим в голову оправданием для неожиданного визита?

— Зачем вы приезжали к матушке?

Они кружили по зале, наполненной звуками музыки, шелестом шелка и приглушенными разговорами. Элеонора была одурманена происходящим, даже пришлось явственнее опереться на плечо лорда Чарльза, чтобы удержать равновесие. Он посмотрел ей прямо в глаза, и мир на несколько мгновений перестал существовать – так бывает, когда зарождается нечто новое и очень важное в жизни мужчины и женщины. Это чувство захватывало больше, чем танец и роскошь праздника.

— Я ищу один камень, – услышала она голос герцога Сомерсвилла. – Рубин размером с мой кулак. Он светится, будто в центре горит пламя.

Элеонора с трудом совладала с головокружением и заставила ум работать.

— Кёр де Фю, – прошептала она.

Чарльз напрягся и впился в нее глазами:

— Вы знали о нем?

— Разумеется. Уникальный рубин, называемый Огненное сердце из-за мерцающего в центре света. Он бесследно пропал, хотя отец был уверен, что знает человека, которому известно местонахождение сокровища.

Чарльз неотрывно смотрел на нее.

— Вам многое известно, – пробормотал он.

— Дочери сидят молча, когда говорят старшие, но это не значит, что они не слушают. А мой отец в последние годы жизни не говорил ни о чем другом, только о рубине. Не мог простить себе, что не отыскал его. Это сводило его с ума. – Последние слова она произнесла с очевидной горечью.