Книга Библиотечный шпион, страница 121 – Маделин Мартин

— Но я не рассказала, как ужасно я вела себя по отношению к бедняжке Дэниелу. – Ава передернула плечами. – Я могла думать только о том, какая я несчастная, какая одинокая, как мне приходится отказываться от всего, к чему я привыкла, и приспосабливаться к его образу жизни. И ни разу я не подумала о том, скольким пришлось пожертвовать ему, чтобы воспитать меня, – ему, юноше, перед которым открывался весь мир и у которого на шее вдруг оказалась тринадцатилетняя, совершенно ему незнакомая девчонка.

— Право слово, Дэниел – святой, – заметил Джеймс. Ава шутливо ткнула его локтем, и он улыбнулся в ответ.

— Так и есть, – согласилась Ава. – Как-то вечером, скучая по маме, я взяла «Таинственный сад» и, перечитывая, вдруг увидела Мэри в ином свете: не как избалованную девчонку, а как израненную душу, воздвигшую вокруг себя непроницаемый барьер. И я вдруг поняла, что веду себя так же гадко, как и она.

— Возможно, в этом заключается сила книг, – Джеймс накрыл руку Авы своей, – они указывают нам дорогу, даже если тропа скрывается во тьме.

Ава не торопилась отнимать руку, напротив – наслаждалась прикосновением и этим моментом единения их душ. Но тут впереди показался фонтан, а за ним – изящное здание, обрамленное колоннами, с грандиозной аркой входа. Такие же заостренные, как и главная дверь, окна, были украшены тонкой, как кружево, резьбой. Во всем ансамбле сочетались элементы индийской и мавританской культуры.

— Какая красота! – выдохнула Ава.

— Внутри вам понравится еще больше, – пообещал Джеймс и повел ее по короткому пролету ступенек туда, откуда в ночь лился хрустальный ручеек фортепианной мелодии. Пройдя сквозь двери, они оказались в восьмиугольном зале, от которого ответвлялись четыре коридора направо и налево, более впечатляющие, с рядами арок, украшенных арабесками, и колоннами, судя по всему, из розового мрамора.

Джеймс указал наверх, Ава подняла голову и замерла, разглядывая купол, тоже покрытый резьбой и подсвеченный красным.

— Джеймс! – прервал созерцание Авы мужской голос, и, отведя взгляд от купола, она заметила энергично шагающего им навстречу джентльмена.

— Уолтер. – Джеймс пожал тому руку. – Так рад снова видеть тебя, старина. – Он указал на Аву. – Мистер Уолтер Кингсбери, позвольте представить вам мисс Аву Харпер.

Уолтер взял ее руку и поцеловал.

— Она еще более очаровательна, чем ты рассказывал, Джеймс.

Ава бросила на него красноречивый взгляд, но Джеймс демонстративно рассматривал изукрашенный потолок, делая вид, что не замечает этот немой укор.

— Прошу вас, мисс Харпер, – Уолтер предложил ей руку вместо Джеймса, – моя милая женушка горит желанием поболтать с вами о литературе.

— У вас прекрасный дом, – ответила Ава, жалея, что ее не оставили хотя бы на час одну, чтобы рассмотреть во всех подробностях роскошное убранство дворца.

— Монсеррат мне не принадлежит, – хихикнул Уолтер. – Я присматриваю за ним от имени друга.

Он провел их с Джеймсом в обеденный зал, где стоял длинный стол, украшенный композициями из орхидей и сервированный прекрасным китайским фарфором с золотой отделкой. Лакеи вытянулись наизготовку, заложив руки за спины, а витавшие в воздухе ароматы обещали угощение столь же изысканное, как и место проведения банкета.

Аву и Джеймса усадили почти на краю стола: соседкой Авы оказалась жена Уолтера, а соседом Джеймса – какой-то коренастый мужчина, говорящий с немецким акцентом. Через несколько минут после того, как гости заняли свои места, был подан прекрасный суп с сосисками и овощами, за ним последовала оленина в густой подливке, такая мягкая, что таяла на языке. Завершали ужин меренги с нежным кремом.