Книга Тайное книжное общество, страница 65 – Маделин Мартин

Но леди Кавендиш лишь улыбнулась в ответ:

— Мне это по нраву. Но откуда вы знаете о таких гнусных вещах? – сглотнула она. – Насчет психиатрических лечебниц?

— Я учился у мистера Брогана, специализирующегося на таких случаях, когда женщин помещали в психиатрические больницы под вымышленными предлогами. Он помог освободить более десяти женщин. То, что он делает… – мистер Райт замолк, вдохнул воздуха и потряс головой. – Он вдохновляет меня.

— А если принудительное лечение не является необоснованным? – с комком в горле спросила Лавиния.

Прищурив глаза, он вперил в нее пристальный, изучающий взгляд, словно просвечивающий ее насквозь. Лавинии даже показалось, что он разглядел в ней больше, чем ей хотелось бы.

— Такое случается очень редко. И я не думаю, что сумасшествие бабушки или склонность к сочинительству стихов могут послужить поводом для столь крайней меры.

Мистер Райт озвучил вслух ее страхи, и Лавиния осознала: она полностью очарована (или уже увлечена?) этим необычным молодым человеком. А между тем, они уже приблизились к стене, от которой оторвал ее мистер Райт. Их круговая прогулка по залу подошла к концу слишком быстро. Юноша замедлил шаг – как будто попытался продлить общение с ней.

— Я буду рад увидеться с вами еще раз.

— Я тоже буду этому рада, – честно ответила Лавиния.

— Возможно, в следующий раз мы обсудим то, что читаем. Ведь традиционная светская беседа – смертная мука.

Щеки девушки запылали: он повторил сказанные ею слова!

— Наверное, мне не следовало быть такой прямолинейной.

Мистер Райт взял ее руку в перчатке в свою:

— Пожалуйста, не извиняйтесь за то, что вы открыто выражаете свои мысли. Я очень надеюсь, что вы и в следующий раз будете такой же откровенной со мной и, может, даже поделитесь своими стихами.

От этой идеи у Лавинии перехватило дыхание. Ее стихи были еще очень сырыми, а она сама слишком ранимой, чтобы позволить кому-либо их прочитать. И тем не менее уличила себя в том, что кивнула, когда мистер Райт поцеловал ее руку. После этого он отошел, оставив ее у стены. Но улыбка не сходила с губ Лавинии еще долго – пока она обдумывала их разговор.

Не прошло и получаса, как ее увезла с бала маменька, сославшись на сильную головную боль. Но Лавиния знала истинную причину: отец уехал на весь вечер в клуб с ее братом, и маменьке хотелось дочитать «Аврору Ли». И в целом мире не было ничего важнее и чудеснее этих бесценных минут тишины, посвященных прочтению удовлетворительной концовки хорошей книги.

Лавиния с матерью сели в экипаж – обе в пышных шелковых платьях нежных пастельных оттенков, красиво заигравших в свете уличных фонарей.

— Я заметила, что ты опять беседовала с мистером Райтом. – Приподняв подбородок, маменька без лишних слов призвала дочь к откровению. – Вы даже сделали круг по залу.

— Это было предпочтительнее танцев, – слегка пожала плечами Лавиния, постаравшись не выдать бурных эмоций, захлестывавших ее. – Что тебе известно о мистере Райте?

Экипаж покатил вперед, увозя их домой.

Огни уличных фонарей замелькали по лицу маменьки так, что алмазы на ее шее замерцали, переливаясь, как звездочки.

— Я порасспрашивала о нем…

— И? – надавила Лавиния.

— Он странный, – ответила маменька. – Люди говорят, что он добрый и вежливый, но постоянно бродит с какой-нибудь книгой в руках. Он готов яростно защищать свою мать и сестер, что, полагаю, обусловлено безвременной кончиной его отца. Но повторюсь: его считают довольно странным человеком.