Книга Тайное книжное общество, страница 12 – Маделин Мартин

— Я с таким нетерпением ждала сегодняшнее чаепитие, – сказала она, когда они все вновь расселись по местам. – Что вас побудило пригласить нас?

Леди Даксбери села чуть прямее, как бы призвав гостий к вниманию.

— Видите ли, – обратилась она ко всем ним, – моя служанка поведала мне, что ваши мужья… – графиня вежливо кивнула леди Лавинии, – и отец ограничивают вас в чтении. И контролируют то, что вы читаете. Подобным запретам часто сопутствуют ограничения и в других сферах жизни. И из-за этих ограничений женщина может чувствовать себя очень одинокой.

Миссис Кларк потупила взгляд на колени; ее надкусанный кекс с тмином остался недоеденным. Но Роза не опустила головы, несмотря на отклик, который нашли в ее сердце слова леди Даксбери. Она не готова была смириться с порабощением со стороны Теодора и всецело подчиниться его воле.

— Как я уже говорила, в моем владении обширная библиотека. – Леди Даксбери рассеянно поставила чашку мимо блюдца. – В какой-то момент жизни я поняла, что обладать такой роскошью в одиночку нельзя. Эти книги я выбирала сама; каждая покупка совершена по велению сердца. Но подобное собрание негоже утаивать от других, не подпуская к нему никого. И я очень надеюсь, что вы воспользуетесь моим предложением и выберете книги, которые вызовут у вас интерес. А потом мы могли бы вместе обсудить прочитанное. Как подруги.

Подруги…

В груди Розы разлилось острое желание, заместив пустоту, ощущение одиночества. Она поспешно отхлебнула чаю, намеренно прервав зрительный контакт с остальными женщинами. Не из-за стыда или раскаяния. А чтобы не обнажить перед ними всю силу своего отчаяния, отразившегося в глазах.

Уже два жизненных периода прошли с тех пор, как у нее были настоящие подруги – до того, как она переехала в Англию, чтобы стать женой Теодора. И даже до того, как мать решила, что им необходимо возвыситься над «новыми деньгами», заполнившими все их хранилища, и стала заставлять Розу общаться с Вандербильтами, Асторами и прочими обладателями «старых денег» в Америке, приговорив ее к жизни на периферии Общества. В детстве, до того как в матери взыграло тщеславие, у Розы было много подруг из частной школы для девочек в Манхэттене, содержавшейся на «новые деньги» и лишенной предубеждений относительно «возраста» чьего-то банковского счета. Та счастливая пора сопровождалась весельем, смехом и искренней радостью.

На некоторое время Теодор заполнил брешь одиночества, когда королевы высшего нью-йоркского общества отвергли Розу и ее семью. В мозаичном мире, скроенном из элементов, не соответствовавших ее неровным краям, юноша вдруг оказался тем самым фрагментом, что идеально встал на место, сделав ее цельной. Но это было раньше.

— Мы живем в мире, в котором мужчины имеют над нами огромную власть. – Горячность в голосе молодой вдовы вновь привлекла внимание Розы. – Я, конечно же, не утверждаю, что все мужчины ужасные, подлые и гнусные… – Леди Даксбери дотронулась до броши на груди; пальцы графини задержались на украшении, словно лаская его. – Но далеко не все из них хорошие. А женщины стали больше замыкаться в себе, меньше стремиться к общению, особенно когда восприятие друг друга искажается из-за зависти и страхов за собственную несостоятельность или несоответствие тому или иному кругу.