Книга Мертвые смотрят вверх, страница 51 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

— Не бойся, – шепнула Пак Сура. – Она – наш союзник.

Ли Сухи медленно повернула голову. Ее глаза казались черными, бездонными, жутковатыми. Но во взгляде не было злобы, а только усталость.

— Ты медиум? – спросила она тихим, как шепот ветра, голосом.

— Нет, – честно ответил Енчжу. – Но я… чувствительный доктор пси… В смысле, я хочу помочь.

Ли Сухи изучала его долгим взглядом, прежде чем сказать:

— Пак Сура доверяет тебе. Значит, и я доверюсь тоже. – Она указала на стену справа. – Пятая точка здесь. Шестая – там, у входа на третий слой. Но будь осторожен. Кыгот почувствует печать и попытается остановить тебя.

— Я справлюсь.

Енчжу подошел к стене. Осторожно приложил пятую печать. Бумага вспыхнула и прилипла. Иероглифы уверенно засветились.

Сделано. Теперь осталась последняя. Он повернулся к темному проходу в конце коридора. Оттуда тянуло холодом и чем-то тяжелым, давящим сознание. За этим проходом прятался третий слой. Логово кыгота.

— Я пойду с тобой, – сказала Пак Сура.

— И я, – шелестяще добавила Ли Сухи.

Енчжу поджал губы и кивнул, без слов благодаря за поддержку.

С каждым шагом холод усиливался. Браслет на запястье начал остывать. Не сильно, но заметно.

«Джувон чувствует и волнуется, – подумал Енчжу. – Но я не сбился. Я на правильном пути».

Они дошли до конца коридора. Перед ними словно выступило из темноты огромное зеркало-дверь. То самое, что Пак Сура открывала вчера.

По спине пробежали мурашки.

— Здесь. – Показала она на раму. – Наклей на раму. Это запечатает вход.

Енчжу достал последнюю печать. Руки мерзко подрагивали. Он сделал глубокий вдох-выдох и сосредоточился. Приложил бумагу к раме.

Она вспыхнула ярким красным светом. Иероглифы заплясали, засветились так, что стало больно смотреть.

И в этот момент зеркало дрогнуло.

Изнутри донесся звук. Низкий, гудящий, похожий на рык.

Стекло со звоном треснуло. Тонкая паутинка трещин побежала от центра к краям.

— Оно все знает! – воскликнула Ли Сухи. – Бежим!

Они рванули назад. Енчжу бежал, не оглядываясь. Слышал, как за спиной зеркало раскалывается, как что-то огромное бьется изнутри, пытаясь вырваться.

Но печати держали. Шесть точек. Шесть барьеров.

Они добежали до лестницы, взлетели наверх, перепрыгивая через ступени. Енчжу слышал, как за спиной зеркало продолжает трещать и осколки с звоном падают на пол зеркального мира. Пак Сура бежала рядом, почти не касаясь земли, Ли Сухи скользила следом, белый ханбок развевался за ней.

Они ворвались в первый слой. Коридор с зеркалами встретил их тишиной. Пак Сура схватила Енчжу за руку:

— Быстрее! Возвращайся! Твой шаман уже начинает ритуал, чувствую!

Енчжу почувствовал, как резко обожгло запястье. Браслет раскалился так, что на коже точно останутся следы. Это Джувон! Дергает за связь изо всех сил, тянет его обратно в реальный мир.

Пора. Немедленно.

— Спасибо, – выдохнул он, оборачиваясь к обеим женщинам. – Вам обеим. Спасибо за все. Держитесь! Печати выдержат, я знаю!

— Мы продержимся, – устало, но твердо ответила Пак Сура. – Теперь все зависит от тебя и твоего шамана. Заканчивай это! Изгони кыгота раз и навсегда!

Ли Сухи молча кивнула, и в ее взгляде промелькнула надежда.

Енчжу закрыл глаза. Сосредоточился на жаре браслета, боли от ожога и связи с Джувоном. Туда, в реальный мир, где он нужен и его ждут.