Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 94 – Татьяна Снежко

Дикое беспокойство охватило меня. Сейчас произойдет что-то страшное, с чем сама не смогу справиться. Я не Мара, а обычная девушка из обычного реального мира, попавшая в круговорот мистической судьбы!

— Что-то ей не спится, – сказал знакомый голос, и я узнала деда Кузьму.

— Это нормально, зло никогда не дремлет, – ответил хриплый старушечий голос. Ах ты, мегера проклятая! В злые духи меня записала, ведьма!

Агафья в красной бандане наклонилась надо мной, обнюхивая крючковатым носом. Я чувствовала себя хорошо прожаренным окороком на столе Бабы-яги.

— У тебя теперь новая здесь судьба, – злобно шептала она мне на ухо.

«Хорошо, а то старая уже начала надоедать», – подумала я в ответ.

Ее седые космы щекотали мне нос. Неужели это и есть страшная пытка – когда ты не можешь почесать нос и даже чихнуть?

Агафья выпрямилась, занесла клюку над головой и протяжно запела:

Этот ритуал призыва Мары из потустороннего мира внушал страх, я чувствовала тяжкое стеснение в груди. От бабки веяло такой колдовской жутью, что даже черепа казались детской игрушкой по сравнению с ее развевающимися во тьме космами. Тени от них напоминали те, что я видела в лесу. Осталось только появиться Черному волку, и мой страх меня снова поглотит.

Агафья вскинула руки к небу, и тут я увидела над ней ящик, обитый тканью. О боже! Это же гроб… Они решили меня закопать? Живьем? Сердце провалилось в пятки и больше не собиралось подниматься оттуда.

Когда гроб поставили рядом со мной на землю, моя душа уже собралась отделяться от тела, но перед этим я все же скосила глаза и тут же мысленно ахнула. В гробу с кляпом во рту лежал связанный Ярик. Судя по всему, он не захотел участвовать в этом цирке, а у бабки кончались аргументы. Взгляд у него был рассерженный. Еще бы! Я хоть в платье лежу, а Ярик – совершенно голый.

Стыдно признаться, мне на секунду стало легче, что гроб приготовили не для меня. Но стоило посмотреть на старуху в фанатичном трансе, как тошнота вновь подкатила к горлу. Баба-яга явно уготовила мне что-то пострашнее смерти в гробу.

Ярик тоже был не в восторге от дел Агафьи, мычал и проклинал Ягу взглядом. Ей на наши страхи и недовольство было глубоко начхать. Медленно наклонилась она к ногам внука, достала из-под них белую простыню и накрыла Ярика с головой.

— Терпи, внучок. Чтобы получить новую жизнь, тебе придется «умереть». Это не больно. Зато ты подчинишь себе Синь-камень, и он наконец перестанет исполнять убогие желания людей.

Тени ожили, и люди принялись закидывать открытый гроб горстями земли. Страсти какие! Неужели старуха родного правнука решила закопать? Нет, не может этого быть. Она ведь из него волхва сделать планировала, хранителя этих мест вместо ненавистного ей Алиссандра!..

Агафья снова запричитала: