Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 69 – Татьяна Снежко

О боже! Я узнаю его из тысячи: детский голос моего брата. Женька! Что с ним могло случиться? Как он здесь оказался? Разум твердил: это бред. Иллюзия. Но сердце сжималось от страха. Неужели Женька вновь умирает? Где-то сейчас или там, в прошлом? В этом «чудесном» месте было туго с пониманием реальности. «Василиса! Вася!» – звенело эхо. Нет-нет. Женьки здесь быть не может. Все это слишком похоже на страшные шутки местных духов леса. Я зажала уши руками и постояла так некоторое время, повторяя себе, что все хорошо. Сглотнула, тряхнула головой, отгоняя наваждение, и разлепила глаза.

И тут, как будто в ответ на сгустившуюся вокруг меня безысходность, слабое сияние дрожащего света проникло сквозь ветви. «Помоги мне, Василиса!» – продолжал стонать голос, переворачивая душу. Каждое слово разрывало изнутри. А свет, манящий и временами пропадающий, притягивал к себе. Внезапно страх сменился желанием узнать, что же скрывалось впереди. Решительно сделав первый шаг вперед, я взмолилась только об одном: чтобы этот свет не вовлек меня в адский кошмар. Сияние обволакивало деревья, мерцая и создавая загадочные тени. Они, словно огромные черные кошки, забирались наверх, цепляясь за ветки.

Тьма наполняла лес. Мурашки бегали по спине, зубы сводило от каждого шороха, но любопытство брало верх. И в моем случае оно не порок, а залог здоровья и долгожительства – я надеюсь на это.

Я старалась смотреть только на мерцающий свет, тихо бормоча себе под нос: «Кошек нет. Деревьев нет. Леса нет. Лесника нет. Белого волка нет. Никого нет. И вообще ничего этого нет».

Заговор от страха не помог. Ко всему прочему стало еще и тоскливо оттого, что я одна-одинешенька во всем мире – совсем одна в этом богом забытом лесу с творящейся в нем чертовщиной. Чем ближе я подходила к свету, тем тише становился голос, похожий на Женькин. Сухие ветки царапали ноги, словно пытались удержать меня, но я упорно шла вперед. В этом свете было нечто, что я должна была узнать. Сейчас, немедленно. От этого зависела жизнь Женьки, а может быть, не только его, но и моя. И вдруг огромная тень закрыла лунный свет, деревья затрещали, расступаясь, и с неба свалилось что-то огромное и белое. Сердце упало в пятки, и я взвизгнула, как последняя истеричка.

— Волков, черт бы тебя побрал! На голову свалился, как страшный снег. А где же лесник? Или ты и есть он? – нервно затараторила я. Ну да! Так и расскажет мне правду эта зверюга.

Загадочный волк некоторое время пристально смотрел на меня огромными глазами. И вдруг открыл свою пасть и заговорил:

— Эх, Василиса-Василиса! Умные девочки не ходят в лес по ночам.

Мне казалось, я уже ко всему в этом месте готова. Таки нет. Ноги подкосились. Как стояла возле дерева, так и сползла по нему на землю. Боже, говорящий волк! Я всего одного такого знаю, и то из книги.

— Я это… не Красная Шапка, если что, – немного заикаясь, выдала я. Потом помахала рукой перед своим носом в надежде, что иллюзия рассеется. Чуда не произошло: волк сидел как вкопанный. Я недовольно вздохнула и поднялась.

— Слушай, ты кто вообще такой? – возмутилась я. – Ты спаситель или маньяк? То спасаешь, то пугаешь.

— Лучше бы ты шла домой, красавица, – пробасил зверь.

— Шел бы ты куда шел, – отбрила я его и, обойдя, вновь направилась на свет.