Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 66 – Татьяна Снежко

Почему я оказалась в этом странном месте, из которого нельзя выбраться?

Место, которое посещают десятки тысяч туристов и из которого возвращаются все, кроме меня. Похоже, что я навсегда останусь заперта в этой глуши, если не найду выход. И где же Настенька? Она точно не вернулась в Питер, но и здесь я ее не встречала. Так куда же она исчезла? И что происходит с теми, кто, как и я, оказывается пленником этого странного места?

Несомненно рада, что глушь перестала быть серой – теперь это мир, окрашенный яркими красками. Но, может быть, не так уж важно было видеть его цветным? Возможно, я могла бы продолжать жить в сером мире, который кажется скучным и неинтересным, но в том мире сама выбирала путь к счастью и свободе. А что сейчас? Я больше никогда не увижу своих родных и боюсь, что никто не расскажет мне правду о том, что здесь происходит…

Ночь в лунном свете была сказочно темно-синей, а звезды мерцали разными цветами. Нет. Я не могу отказаться от этого прекрасного цветного мира. Есть причина, по которой все это происходит со мной.

Пятнадцать лет назад серый мир поглотил меня, но победа на конкурсе дала шанс почувствовать себя Ван Гогшей, так называл меня дедушка-декоратор, и погрузиться с головой в творчество, помогать создавать книги. Только вот внутренняя пустота, порожденная тайной родового проклятия, потихоньку съедала меня, а страх научил гасить любые чувства, не давая им разгореться. Казалось, побег из родного дома был лучшим решением. Я меняла города, убегая от новых знакомых, от людей – ведь их прикосновения словно отбирали часть моей души, увеличивая пустоту. Бежала, но одиночество настигало меня вновь и вновь, пока я не поняла, что бежала от себя. Вот тогда Питер и стал последним моим пристанищем.

Я могла бы жить спокойно и вполне себе счастливо, но дневник Настеньки привел меня сюда. В это сумеречное место, где мир наполнился цветом, а душа – чужими эмоциями.

Наверное, со временем я могла бы научиться их игнорировать, чтобы не сойти с ума от чужих чувств и даже мыслей. Хотя нет. Я ведь могу научиться их контролировать! В мире слишком много страдания и боли, а люди заслуживают счастья. Я мечтала дарить им радость и потому стала художником.

Выкинула изжеванный лист – кислятина барбарисовая. Спустилась к озеру и села на траву. Несмотря на начало лета, земля была теплой: Ярило сделал свое дело. От воды тянуло прохладой, но я совсем не мерзла. В темном мраке ночного озера, вдали от городской суеты, было невероятно спокойно и тепло. Яркие звезды на небе танцевали в бриллиантовой гармонии, нашептывая чудесные истории миллионов лет. Ветер ласково трепал мои волосы, играя волшебную музыку.

Луна одиноко смотрела на меня сквозь звездное небо – мистическая, загадочная. Казалось, что я ощущаю и ее чувства. Царица Одиночества желала поговорить об этом, я ее понимала. Поэтому решила начать первой:

— Привет! Я Василиса, и я одинока. Теперь нас двое в нашем клубе анонимных одиночек. Мне тридцать лет, и я так и не познала любви и мужчин. Знаешь, меня это совсем не мучило. Я никогда не страдала оттого, что до сих пор девственница – тебе-то я могу в этом признаться, мы ведь с тобой одной крови. Любовь? Не знаю, что это. Как страдать от отсутствия того, чего никогда не пробовала? Вот ты пробовала дуриан? И я не пробовала. А мнение тех, кто попробовал, разделились на «вау, самый лучший фрукт в мире» и «какая несусветная гадость». Вот и о любви говорят то же самое. Ты ведь не думаешь, что раз этот фрукт вау, то тебе обязательно его нужно попробовать. Иначе жизнь будет прожита напрасно, а жить стоит только из-за любви, ведь исключительно в ней смысл жизни. Так что? Выходит, я прожила тридцать лет бессмысленно? Чушь какая-то. Я жила и радовалась жизни. Жить стоит ради счастья. Своего особенного счастья. Кому-то нужны мужчина и дети, кто-то хочет строить карьеру, кто-то мечтает жить отшельником в пустыне или на берегу океана. А вот я хочу домой, к маме, папе, бабушке с дедушкой и к Женьке. Я хочу лечь в свою огромную мягкую кровать в питерской квартире под крышей и съесть плитку шоколада с перцем. Я хочу, чтобы быстрее все закончилось, вся эта чушь. Говорят, что бог дает нам только те трудности, с которыми мы можем справиться, но он явно переоценил мои возможности.