Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 63 – Татьяна Снежко

Ярик с умилением посмотрел на меня и улыбнулся. Похоже, ситуация его больше забавляла, чем тревожила.

— Дамочка, вы издеваетесь над представителем закона! – возмутился полицейский. – Михалыч, слышь, – он обратился к напарнику, – какой теперь новый аргумент защиты – чувствует, видите ли, она! Ишь ты, какая чувствительная!

— Радуйся, глупенькая, что твоей фотографии здесь нет, – с сочувствием сказал Михалыч и подтолкнул Ярика к выходу. – Идите уже, Волков.

Голубоглазый красавчик резко развернулся и неожиданно чмокнул меня в лоб.

— А ты молодец! – прошептал он и посмотрел на меня с обожанием.

Я покраснела и растерянно опустилась на стул. Вот дьявол! Люцифер во плоти, соблазнитель и губитель женских сердец! Только за это его нужно подвесить за оба больших пальца вверх ногами на вот этом замечательном дереве.

Дверь за ними захлопнулась, и я осталась одна в пустом помещении в полной растерянности. Из задумчивости меня вывел шелест листьев. Дерево, которое росло посреди рестобара, вдруг ожило, словно пытаясь что-то мне сообщить. Осторожно оглядевшись, я заметила легкий туман, стоящий под лестницей. Место, откуда в прошлый раз вышел Алиссандр. Интересно, что за той дверью? Что скрывает там Алиссандр? Блин! Автобусы! С этими сказками Венского леса я здесь до конца жизни завязну! Страшная вещь – любопытство. И лекарства от него нет.

Я выбежала на улицу. Мир по-прежнему был цветным, но безлюдным. Ни автобусов, ни туристов, ни Ярика с полицейскими. Соловьи, и те умолкли. В отчаянии я схватила дорожную сумку и побежала. Разумеется, не рассчитывала догнать автобус, не настолько наивна. Но ведь можно дойти до города пешком. Нужно только достаточно долго идти. И я пошла.

По сухой укатанной дороге идти было легко, и даже сумка катилась, словно шелк скользил по зеркальной воде. Я шла и шла. Время тянулось, одни деревья сменялись другими, так что казалось, будто стою на месте. Телефона с собой не было, да и часов тоже. Бесконечная дорога все время вилась и поворачивала, но наконец, спустя вечность, я заметила тусклый свет вдали. Сердце радостно затрепетало надеждой. Ура-ура! Первые дома ближайшего города. Автобус, поезд, дом. В мыслях уже слышала стук колес на питерском вокзале. Что есть сил рванула вперед: теперь ни Белый волк, ни Баба-яга Агафья, даже каменная стена не остановят меня! Быстро и с нетерпением я приближалась к домам, которые вдруг показались очень знакомыми. Тьфу, тьфу! Мало ли что в сумерках померещится. Но когда я подбежала к ближайшему дому, с ужасом осознала, что это был тот самый проклятый поселок, из которого я упорно пыталась убежать. Этого просто не может быть! Так долго шла, чтобы остаться на месте? Последняя надежда добраться домой испарилась вместе с закатившимся солнцем. Это ловушка! От безысходности хотелось зареветь. И заревела бы, если бы на это силы остались. Тело жутко ломило, и ноги отваливались. Мучила жажда, а еще зверски хотелось есть. Лесник в лесу, Ярик в тюрьме – кормить меня некому. Самой по ягоды идти нощно. Остается разве что пойти побираться по домам, где еще свет горит. Господи, совсем дошла до ручки. Попрошайка несчастная! Хоть волком вой.

Хруст ветки заставил обернуться. Передо мной стоял мой Белый волк. И почему я не удивлена? Следил за мной, видать. Переживал, что невеста из-под венца сбежит.