Книга Вторая семья генерала дракона, страница 62 – Кристина Юраш

— Неплохо, — произнесла я, вытирая губы салфеткой.

— Я старалась, мадам, — выдохнула Агата, и в ее голосе звучало облегчение. Ей тоже нравилось быть профессионалом. Я видела, как она внимательно проверяла все, сосредоточенно отмеряя специи.

Вернувшись в комнату, я потребовала привезти платья из города, указав свои размеры.

Коробки с платьями внесли с поклоном. Я перебирала шелка и бархат, пока пальцы не коснулись глубокого изумрудного цвета. Ткань струилась, как вода. Я выбрала его не потому, что хотела понравиться ему. А потому, что этот цвет показался мне весенним. А после зимы так не хватало этой зелени.

Служанки возились с моими волосами почти час.

Они больше не дергали гребнем, не хихикали за спиной. Они боялись.

Когда зеркало отразило готовый образ — сложную косу, уложенную короной, и платье, подчеркивающее линию шеи — на моих губах застыла странная улыбка. Не радостная. Скорее торжествующая. Как у полководца, который видит поле битвы, усеянное врагами, но знает, что победа уже в кармане.

К вечеру по коридорам поползли шепотки. «Суровая генеральша», «Жестокая хозяйка», «Железная леди».

Мне было все равно. Зато больше не пахло пылью. Воздух стал легким, прозрачным.

Я села за стол и стала ждать.

Тишина в доме была напряженной. Я слышала его шаги еще до того, как он вошел в зал. Тяжелые, уверенные, но с какой-то новой осторожностью.

Дверь распахнулась. Астор замер на пороге.

Его взгляд скользнул по столу, по цветам, по свечам и наконец остановился на мне. В его васильковых глазах мелькнуло искреннее недоумение, сменившееся чем-то теплым, что тут же было заглушено привычной сдержанностью. Он выглядел уставшим. Тени под глазами залегли глубже, но плечи были расправлены.

— А у нас праздник? — спросил он, подходя к столу. Его голос прозвучал хрипловато, будто он долго молчал.

— Можно сказать и так, — ответила я, указывая на стул напротив. — День справедливости и чистоты.

Он усмехнулся. Уголок его губ дрогнул. Он сел, не отводя от меня взгляда. Слуги внесли блюда бесшумно, словно тени, и так же исчезли.

Я внимательно следила за ним. Не скрытно, а открыто. Как он берет приборы. Как пробует соус. В его движениях не было той солдатской резкости, к которой я привыкла. Он ел медленно, смакуя.

— Очень… вкусно, — произнес он наконец, откладывая вилку. В его голосе прозвучало искреннее удивление. — Прямо как у бабушки Эвриклеи. Она варила такой же соус из лесных грибов. Есть вещи, которые она не доверяет никому. Например, соусы. Она научилась этому еще в Северном Форте. И варенье из шишек.

Я почувствовала, как на сердце становится тепло. Маленький, предательский уголек надежды.

Я вдруг поняла: ему действительно некогда было заниматься поместьем. Война, границы, отчеты. А Донна… Донна просто была ленивой. Ей не хотелось ругаться, требовать, контролировать. Ей было проще позволить дому гнить, лишь бы ее не трогали.

— Я рада, — произнесла я.

И правда, радость была. Не от того, что я угодила ему. А от того, что я смогла создать этот уют. Своими руками. Своим характером.

Астор встал. Обошел стол и остановился рядом со мной. Я напряглась, ожидая давления, требования. Но он просто взял мою руку, лежащую на колене, и склонился, касаясь губами костяшек пальцев.

По коже пробежал ток. Теплый, живой, волнительный.