Книга Жена дракона. Ты не поверил мне дважды!, страница 99 – Кристина Юраш

Мне это не понравилось. Совсем. Холодное, расчетливое подозрение, похожее на прикосновение змеи, скользнуло по позвоночнику.

— Продолжайте наблюдать, — произнес я, и мой голос вновь обрел ту ледяную, опасную гладь, которую так боялись при дворе. — Удвойте внимание за Мартой.

— Да, господин, — Харджес низко склонил голову. — Вы ей не доверяете?

— Я никому не доверяю. Следите за Мартой.

— С чего вы решили, что именно Марта? — спросил Харджес.

— Наверное, с того, что я отчетливо видел, что в шкатулке кто-то рылся. Очень спешно. Моя жена была аккуратной. А в шкатулке был бардак. Я не стал говорить. Не при них. Но тебе я об это сказал. Эта проверка принесла мне куда больше вопросов, чем ответов.

— Ясно, господин, — кивнул Харджес.

Тишина снова заполнила кабинет, но теперь она была другой. Напряженной. Заряженной скрытой угрозой.

Я долго смотрел в огонь, пока последняя искра не погасла, оставив меня в полумраке. Ощущение пустоты в груди не исчезло, оно лишь сменило форму, превратившись из острой боли в тупую, ноющую рану, которая будет кровоточить вечно.

— Харджес, — позвал я, не оборачиваясь.

— Да, господин?

— Скажи мне.

Старик поднял голову, ожидая приказа.

Я усмехнулся. Горько. Почти обреченно. Я смотрел в темноту угла, где когда-то стояло ее кресло, и задал вопрос, на который не было ответа ни в одной книге, ни в одной магической формуле.

— Как мне жить без нее?

— Я… я не знаю, господин, — прошептал Харджес.

Я остался один и снова поймал себя на мысли, что хочу найти эту проклятую перчатку.

Хочу. Настолько сильно, что становилось страшно. Потому что если бы она действительно лежала в шкатулке… Что тогда? Что бы я сказал?

Если Ливия и правда моя жена…

Я спрятал лицо в руках, словно пытаясь отогнать эти мысли. Но они теперь возвращались. Снова и снова. Настойчиво, словно кто-то шепчет мне их.

Что бы я сказал тогда?

«Прости»? Этого мало. «Я ошибся»? Смешно. Есть ошибки, которые нельзя исправить.

Есть двери, которые нельзя открыть второй раз. Я не знал, что бы я ей сказал.

Потому что убийцу я найду.

А вот как смотреть ей в глаза после этого — не знаю.

Я отодвинул ящик стола. Там, среди бумаг поблескивал флакон с ядом. С тем самым, которым отравили мою жену. Маги утверждают, что на дракона он тоже подействует. Правда, дольше. Я приказал купить его в день похорон. Я тогда подумал, что провожу ее и уйду сам.

Но для этого нужно просто взять и закончить все эти дела, разобрать все эти бумаги, найти убийцу и заказчика.

Как только я это сделаю, я вернусь в ее спальню. И лягу на то самое место, где лежала она. Я закроюсь и прикажу ничего не делать. Мы будем там вместе. Я и ее портрет.

Тем более, что я попросил оставить место на ее плите. Для моего имени. Для моих дат. Каменщик удивился, но ничего не спросил.

Наверное, решил, что герцог хочет лежать рядом с женой через много лет.

Я не стал его разубеждать.

Я открыла глаза.

Сердце вдруг ударило так сильно и глухо, что отдалось тупой болью под ребрами этого чужого, хрупкого тела.

Письменный стол стоял у окна, залитый теплым светом закатного солнца. На нем, как и много месяцев назад, лежала идеально ровная стопка чистой бумаги. Перья в подставке. Хрустальная чернильница с серебряной крышкой, в которой чернила казались густой, застывшей ночью.