Книга Одиннадцать огней Азеры, страница 134 – Лина Розен

Вот только та не могла просто согласиться на обет. Похоже, они с хетером кое о чем не договорили.

— Главный на месте?

— Да, йер.

— Хорошо, – амориец решительно подошел к столу и, затушив свечу, оставил ненужные лист и карандаш. – Отведешь к нему.

— Но аделье Прейсхейм просил не беспокоить...

— Меня же ты побеспокоил? – напомнил Лигелий, бесшумно оказываясь рядом с юношей. Хат шумно прыгнул на прутья клетки, чувствуя настроение аморийца.

«Не поминай та в темный час, или маска придет за тобой» – гласило начало Истории одного рода, или одной семьи, как еще называли рассказ о возникновении тамали. На протяжении аэр он служил предупреждением.

Немногие имели смелость упоминать род Прейсхейм – один из трех древних родов Амории, некогда участвовавших в войне лилий и анемонов вместе с первой императрицей, но спорить с йером отваживались тоже немногие. Юноша-тамали опустил голову, скрывая взгляд.

— Я провожу.

В отличие от верхней части хранилища знаний – Амариона, построенного в память о событиях Песни лимарий, Тамарион появился почти одновременно с тамали. Хотя и не принадлежа им изначально, он с давних пор был связан с владениями таматэ, составляя часть Сокрытых земель, или земель сокрытых, как называли глубины гор Амории обитатели страны солнца и света.

Залы с отполированными колоннами и каменными стенами сменяли пещеры и узкие тоннели, ведущие к комнатам, многие из которых были защищены ловушками, садам с грядками и подземным источникам. Они связывали тамали со зданиями Аморе, Фьери и Милери.

Созданные из осколков раздора между братьями в аэру правления императрицы Элейны, Сокрытые земли не раз перестраивались еще при ней. Никто, даже сами тамали, кроме, возможно, аделье Прейсхейма – того, кто имел отношение к первому тамали, сыну императрицы Вилариаду, не представлял истинных размеров этого подземного лабиринта.

Земли сокрытых не наполняла энергия. Они несли на себе печати истории, самую древнюю из которых хранил Голубой грот, как считалось, разрушенный в Великую эпидемию.

Ставший в войну со странными последним пристанищем для многих аморийцев, запертых Варавием в столице без надежды на спасение, ныне Голубой грот – сохранивший древнее имя – являлся самым светлым местом во владениях тамали. В прохладе его просторов дышалось легче, чем в иных частях Сокрытых земель: неяркий свет проникал в грот откуда-то сверху, преломляясь от озера в центре и наполняя все вокруг приятной бледной синевой. Здесь не бывало темно даже ночью.

Голубой грот служил центром владений таматэ, хотя и не являлся им в прямом смысле этого слова: коридор справа соединял с комнатами тамали, лестница в одной из которых вела в особняк аделье Прейсхейма; нижние ответвления уходили в сторону Тамариона, а те, что слева, вели к обители розария морте – полурастения, полусущества, внешне напоминавшего розовый куст, тянувшийся колючим травяным ковром по каменному полу и вгрызавшийся в стены как лозы. Его кровавое цветение, темной бабочкой связавшее аморийца с тамали, Лигелий помнил так же отчетливо, как боль от шипов, пронзивших кожу.

Проводник остановился у лестницы, вежливо пропуская йера вперед, и тот выразительным движением руки отпустил юношу, избавляя его от необходимости придумывать, как избежать встречи с главой. В комнату амориец поднялся уже один.