Книга Служанка ректора Академии военных драконов 2, страница 38 – Юлия Удалова

Когда Сучич дописал, Лейтон выхватил у него рапорт, пробежал глазами и, сложив, отправил к себе в карман.

Моего якобы признания, которое написал лейтенант, нигде видно не было — похоже, Лейтон как-то незаметно для меня его ликвидировал, спалил, скорее всего.

Больше не обращая внимания на Сучича, который напоминал висящую на стуле тряпочку, готовую свалиться с него в любой момент, майор подступил ко мне.

Накинул мне на плечи свое длинное черное пальто — тяжелое, пахнущее им.

После рыбного яда Сучича этот холодный парфюм показался глотком жизненно необходимого кислорода.

А потом, подхватив под колени, Лейтон взял меня на руки и понес.

Прямо вот так — босую, закутанную в свое пальто.

В голове клубился туман. Я притронулась пальцами к виску, пытаясь понять, вспомнить.

Что-то…

Что-то я забыла…

* * *

— Уставные ботинки! — встрепенулась. — Мне ходить будет не в чем, а потом я должна сдать их на склад, иначе штраф прилетит!

Лейтон взглянул на меня, как на дуру.

— Забудь о них.

Он почти достиг дверного проема, повернулся боком, чтобы удобнее было меня вынести.

Моя голова откинулась назад — я чувствовала себя такой слабой.

Какое же мерзкое ощущение, когда внутри какая-то муть!

И тут позади послышался гнусавый голос чешуйчатого.

— Теперь все понятно. Что, майор, девка так хорошо сосет?

Честное слово, у этого урода какая-то ненормальная фиксация на оральном сексе!

Лейтон остановился и повернулся к нему, не выпуская меня из рук. Так вот и держал легко, как будто куклу.

— У вас слишком разыгралась фантазия после того, как вы прочитали то, что вам не следовало, лейтенант, — безэмоционально сказал он и добавил с нажимом. — Не стоит перечитывать.

Я видела совсем близко его холодные голубые глаза, морозящие Сучича своим льдом.

Тяжелейшая ментальная волна прокатилась по допросной, и хотя она была направлена не на меня, я ее почувствовала.

А чешуйчатый протянул дрожащую руку к «Знамени АВД», оторвал от газеты лист с моим стихотворением и засунул себе в рот.

За ним последовали другие листки.

Он жевал, давился, проглатывал, но совал все новые и новые куски алой бумаги в свою пасть с акульими зубами.

Ни один мускул не дрогнул на лице Лейтона. Ничего не изменилось в его глазах — в этот момент он напоминал бездушную машину, безжалостного робота.

А потом развернулся и вместе со мной на руках вышел из допросной.

Позади остался только противный хруст пожираемой бумаги…

Крепко прижимая к себе, он нес меня на руках по коридорам корпуса охранителей, и редкие служащие, которые встречались на пути, молча провожали нас долгими взглядами.

Голова покачивалась в такт его движениям.

Мой блуждающий взгляд упал на правую руку Лейтона, и я заметила на запястье часы.

Странно, почему на правой?

Он же всегда на левой их носил.

Впрочем, пусть носит их на чем угодно — мне сейчас явно не до того.

Уткнулась носом в его пиджак, вдыхая и вдыхая его запах, который казался мне самой жизнью.

После гадостных миазмов Сучича это было великолепно.

— Как… Как вы пахнете…

— Как же?

— Лучше всех на свете.

Лейтон искоса взглянул на меня, но ничего не сказал.

Что я вообще несу?!

Поганый Сучич, поганая отрава!

— Его запах… Отравленный…… — я попыталась объяснить свои действия, но соображалось с трудом.