Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 90 – К. Рэдлиф

— Это выглядит просто блужданием. Не думаю, что в этом есть смысл. Скорее всего, она просто хочет найти свой меч или вернуться к маршалу Баю или сестре, но этот периметр не выпускает ее.

— Она нас не видит? – Юнь Цзяо, набравшись смелости, все же подошла поближе.

Минь Ли плелся за ней хвостиком. Он до сих пор не желал приближаться к изуродованной полупрозрачной женщине, но стоять одному у камней было еще страшнее. Напустив важности на свое лицо, он подошел поближе к Линь Яну и встал у него за спиной. Ну, на всякий случай.

— Не видит. Она повторяет только три слова: сестра, меч, убью.

— Почему она вообще все повторяет? – Юнь Цзяо задумчиво посмотрела на женщину, но, когда та приблизилась, поспешно отвела взгляд. Ее лицо было таким уродливым, что колени дрожали.

— Я думаю, она себя не осознает, – предположил Линь Ян. – Потому что связь между душой-разумом и душой-телом оказалась разорвана.

Яо Вэньмин тут же догадался:

— Это из-за насильственной смерти?

— Да. Если человек умирает с сильной обидой или с невыполненной целью, его сознание, память и личность отделяются от животной части души.

— И тогда животная часть души остается в теле и повторяет последние моменты жизни, а душа-разум застревает между мирами… – тихо прошептала Юнь Цзяо.

— А почему она говорит одно и то же? – До Минь Ли частенько долго доходило все, что не было едой, и все привыкли к его очевидным вопросам.

— Потому что это ее последние мысли перед смертью, балбес, – задиристо ответил Яо Вэньмин. – Верно, учитель?

Цзэ Сюлань кивнул, про себя думая, что стоит почитать книги о призраках. Его знания основывались на фильмах ужасов, которые, скорее всего, имели мало общего с реальными призраками.

— Сам ты балбес, я просто любознательный! – Минь Ли по-детски показал язык и отвернулся вовсе.

Постояв еще немного на перекрестке, заклинатели решили, что ловить тут больше нечего. Если они хотят, чтобы призрак обратил на них внимание, нужно идти к озеру.

Озеро Забвения находилось у подножия гор и от пыльной, забытой богами дороги отделялось раскидистыми кипарисами. Их неподвижные ветви, словно каменная стена, закрывали вид на несчастную, потерянную душу.

Минь Ли был безумно рад, что можно больше не смотреть на покалеченную женщину. Вид гладкой озерной поверхности, отражающей звезды и луну, казался куда привлекательнее. Конечно, у него были неприятные воспоминания о гуях, но здесь озеро чистое. Правда ведь?

— Итак, это ведь то озеро? – Цзэ Сюлань повертел головой по сторонам, словно хотел увидеть рядом еще один водоем.

— Не знаю. – Линь Ян подошел поближе. – Было бы неплохо проверить.

Яо Вэньмин тут же предложил:

— Так пусть Минь Ли мизинец измочит. Ну забудет он, как сегодня поужинал, ну и ладно.

— Почему тогда не сам?! – Минь Ли весь покраснел от возмущения. Не будь здесь Линь Яна и учителя, он бы уже поколотил этого остряка.

— У меня самое счастливое воспоминание за сегодня – это совместная работа с учителем. Я не хочу забыть процесс обучения. А ты что, струсил, что ли?

Минь Ли тут же горячо возразил:

— Ничего я не струсил!

— Тогда в чем дело? Пальца для учителя жалко?

— Да я, я ради учителя могу хоть весь искупаться!

— Мальчики, чего вы тут устроили… – Юнь Цзяо попыталась их приструнить, но у нее ничего не вышло.