Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 209 – К. Рэдлиф

Спустя всего пару дней после пролома барьера орден «Хранители равновесия» уже сдавал все позиции. При подъезде к Пепельному хребту Цао Цзюаню сообщили о бреши в барьере и о том, что все, кого еще совсем недавно он сдерживал, ринулись в мир смертных.

Это было огромнейшей катастрофой и головной болью. Цао Цзюаню безумно хотелось развернуть повозку и уехать как можно дальше. Кажется, ордену пришел конец. Так зачем тогда ему лишний раз появляться в эпицентре хаоса? Но выбора совсем не было. Он видел, как заклинатели группами слетаются к ордену «Хранители равновесия», и понимал, что никто не даст ему уйти незамеченным. Цао Цзюань просто ненавидел брать на себя ответственность за что бы то ни было, но ему слишком не повезло в один день открыть глаза в теле главы великого ордена. Прошлый владелец тела был птицей гордой, держащей все под своим контролем. Цао Цзюань, как ни старался, не мог даже наполовину стать таким же крутым.

После перемещения души он сделал вид, что слишком перенапрягся и испытал отклонение ци. У лекарей, осмотревших его, было много сомнений по этому поводу, но, получив приказ не болтать лишнего, они никому ничего не говорили. Поэтому все, вероятно, считали, что после отклонения ци их бывший властный глава чуть тронулся разумом. Конечно, эта информация не выходила за пределы ордена. И по-хорошему главу бы вообще заменить, но всех все устраивало. Безоговорочная монополия сменилась раздробленностью. Пусть мастера всех областей формально и подчинялись главе ордена, пусть им и приходилось иногда советоваться по разным вопросам – все это было лишь для вида. Каждый в глубине души знал, что, если как следует надавить и подобрать нужные слова, их «великий» глава и добровольно пост оставит, не то что разрешит потратить деньги ордена на внеочередную бесполезную ерунду. Никто не думал о процветании ордена, никто не переживал о последствиях такого управления – всех устраивало то, что происходило. Поэтому, хоть глава Цао и был формально главой, пусть ему и приходилось проводить собрания и подписывать соглашения, но у него не было никакой власти.

Цао Цзюань и раньше это понимал, но окончательно убедился, когда узнал, что мастера и наставники ордена решили изгнать Цзэ Сюланя и сжечь поместье Туманного склона. Они приняли такое важное, можно сказать, судьбоносное решение без его ведома. И даже не удосужились рассказать об этом. О падении барьера Цао Цзюань узнал раньше, чем об изгнании Цзэ Сюланя!

Первым делом Цао Цзюань предъявил системе, что та обленилась настолько, что давно перестала выдавать задания, а теперь не могла выполнять даже функцию рации для связи со вторым попаданцем. Система на это лишь ответила:

[Пользователь Моу Цзянси отключил систему. Данных нет.]

Цао Цзюань расспросил об этом подробнее и услышал то, от чего у него волосы встали дыбом. Система никогда не была словоохотливой, но в этот раз рассказала в мельчайших подробностях о ссоре Линь Яна и Цзэ Сюланя. Ни система, ни Цао Цзюань не знали, что произошло после, но было нетрудно предположить, что Линь Ян непременно приложил руку к уничтожению дома мастера Цзэ.

Цао Цзюаню было немного страшно из-за этого. Конечно, он слышал, что Линь Се и для Линь Цзо, и для Линь Яна была очень дорогим и любимым человеком, но ведь Цзэ Сюлань стал для Линь Яна тоже не просто знакомым. Цао Цзюань не был слепым и видел ту нить доверия, что протянулась между ними. Неужели какого-то видения оказалось достаточно, чтобы уничтожить все, что было? Линь Ян всегда был настолько радикальным? Хотя чего еще ожидать от этих грубых мечников… Они только и знают, что кулаками махать. А кому набить морду – это уже вопрос второстепенной важности.