Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 150 – К. Рэдлиф

Ни в одном из трех дворов никого не было видно. Только тишина и пустота. Пятая привела заклинателей в самый дальний дом. Он практически упирался в высокие скалы.

«Да уж, среди изгоев нашлось место для еще большего изгнания».

[Это как будто не город целителей, а город религиозных фанатиков! Выглядит как те самые секты, которые просят переписать на их имя квартиру и взять парочку кредитов.]

— Ждите, пока за вами не придут, – сказала Пятая. – И не вздумайте выходить.

Дом был небольшим, пятерым людям еле хватало места, чтобы разместиться. Но заклинателям, привыкшим ночевать под открытым небом, нечего было жаловаться.

— Заперли в загоне, как свиней, – скрестил руки на груди Цзэ Сюлань.

[Должна признать, их город меня пугает куда больше всего, что мы видели до этого…]

После того как небольшой домик был осмотрен, Цзэ Сюлань скомандовал сменить повязки Минь Ли. Рана, полученная в результате героического болтания над пропастью с костяными копьями, оказалась неглубокой. Цзэ Сюлань прикинул, что даже швы накладывать не придется. Но зато эти копья вполне могли занести в рану какую-нибудь заразу. Конечно, все сразу же обработали, наложили стерильные повязки, но это сделали торопливо и не в самых лучших условиях. И пусть в каменном домике лежала многолетняя пыль, все равно здесь было куда чище.

В этот раз повязки меняла Юнь Цзяо, а Цзэ Сюлань, пусть и делал вид, что занят рассматриванием скудной обстановки, периодически поглядывал.

— Учитель, кровь остановилась, но края раны темнеют, – тихо прошептала девушка. Минь Ли, как истинный храбрый заклинатель, сидел во время перевязки с зажмуренными глазами. Услышав слова Юнь Цзяо, он побледнел и задержал дыхание.

— Ну и зачем ты это вслух сказала? – усмехнулся Яо Вэньмин. – Он же сейчас рухнет без чувств, как наложница при виде крови.

Линь Ян легонько пихнул этого остряка, чтобы язык за зубами держал, и поспешил успокоить:

— Это всего лишь отравление тканей темной энергией.

— Всего лишь? – Теперь Минь Ли действительно был близок к обмороку.

— Всего лишь, – подтвердил великий мечник. Его тон немного успокоил паренька, но не полностью. Он ведь легендарный мастер меча, ему и дракона победить «всего лишь». – Ваш учитель, когда в Лунхэ схватил демоническую печать, тоже себе всю руку ею опалил. Ничего, как видите, не отвалилась.

— Потому что ты на нее мазей вылил больше, чем в аптеках хранится. – Цзэ Сюлань подошел и протянул Юнь Цзяо небольшой флакончик с мазью. Она была наполовину истрачена и имела приятный цветочный аромат.

Линь Ян лукаво улыбнулся:

— О, ты все еще хранишь мое лекарство.

Это была та самая мазь, которой Цзэ Сюлань недели две обрабатывал поврежденную руку.

— Разве я похож на расточителя лекарств? К тому же мазь действительно хорошая.

Минь Ли резко вскрикнул:

— Ай, Юнь Цзяо, осторожнее!

— Ты ужасный пациент, – фыркнула та, продолжая осторожно обрабатывать края раны.

На следующий день, где-то к концу часа дракона, Пятая снова появилась на пороге гостевого дома. Она выглядела так же безупречно, как и вчера. Ни волоска не выбилось из прически. Цзэ Сюлань был очень не рад столь раннему визиту. У него не было желания встречать утро в компании странноватых целителей Безымянного города, но выбора никто не оставлял. Отказавшись от принесенной похлебки, Цзэ Сюлань просто полусонный сидел у окна, пока Линь Ян, словно исполнительная служанка, собирал его чернильные волосы в высокий хвост и закреплял его императорской шпилькой.