Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 108 – К. Рэдлиф

— И что, никто не знает, где его искать?

— Они даже не знают, кто это такой.

Цзэ Сюлань задумчиво постучал по чашечке:

— Полагаешь, это был какой-нибудь перевертыш или что-то вроде этого?

Линь Ян встречался с подобными существами. За годы странствий ему пришлось иметь дело и с цзянши, и с мэй-хуа-цзинь. Но тогда при чем здесь кукольный театр? Заклинатели не стирают память. А духи не играют в театре. Это все выглядело слишком странно. Может ли дух и театр быть вообще не связаны?

В конце концов Линь Яну оставалось только пожать плечами, признавая свою некомпетентность.

— Не знаю. Но в какой-то момент я сам начал сомневаться в том, существует ли Гао Минь.

[Если это перевертыш, то зачем ему вообще было с вами связываться?]

«Вот именно. Было бы логично не попадаться нам на глаза и не рисковать».

— С другой стороны, я не заметил ничего странного в его поведении, – продолжал Линь Ян. – И ты, судя по всему, тоже.

В этот момент Яо Вэньмин, до этого молча ковырявшийся в миске с рисом, отложил палочки и отодвинул посуду.

— Учитель, старейшина Линь, о чем вы говорите?

— О вчерашнем господине, который предложил нам посмотреть театральное представление, – ответил Линь Ян. – Кажется, он не тот, за кого себя выдавал.

Минь Ли, до этого усердно жующий, резко сглотнул, чуть не подавившись.

— Но, учитель, ведь это вы сами предложили сходить туда. После слов трактирщика!

Цзэ Сюлань и Линь Ян синхронно повернули головы в его сторону. Тот от такого внимания весь покрылся алыми пятнами до корней волос, чувствуя себя так, словно он соврал только что.

— Ты… не помнишь господина Гао? – напрямую спросил Линь Ян. – Его рассказы о пятерых актерах и сгоревшем театре?

Трое учеников переглянулись и как один отрицательно покачали головами.

Цзэ Сюлань пристально посмотрел каждому в глаза:

— Серьезно?

— Учитель. – Яо Вэньмин слегка надулся. – Мы бы никогда не стали вас обманывать.

Линь Ян глубоко вздохнул:

— Что ж, в таком случае нам придется немного задержаться.

— А я всегда считал, что куклы жуткие, – заявил Цзэ Сюлань, поднимаясь из-за стола.

— Великому ли мастеру Цзэ об этом говорить? Ты куда?

— Спать, – зевнул Цзэ Сюлань, прикрывая рот ладонью. – Раз уж мы никуда не выдвигаемся, я еще вздремну. Пару часов роли не сыграют.

Линь Ян едва сдержал усмешку:

— Заклинателю твоего уровня достаточно пары часов медитации, чтобы чувствовать себя бодрым.

— Некоторые, старейшина Линь, спят не из-за потребности, а из-за удовольствия.

С этими словами Цзэ Сюлань лениво удалился на второй этаж.

В этот момент из-за прилавка выглянула маленькая девочка.

Ей было не больше семи лет, а ее платьице оказалось перепачкано засохшим вареньем или соусом. Она какое-то время украдкой наблюдала за Линь Яном, а затем внезапно подбежала и сунула ему в руки глиняную куклу размером с две ладони.

Линь Ян с интересом покрутил ее в руках. Она выглядела как обычная детская игрушка, сделана чуть грубовато, даже лицо нарисовано немного криво. Но зато ее глаза были очень выразительные. В их уголках скопились капельки масла, и казалось, что кукла плакала.

Линь Ян поднял взгляд, собираясь что-то спросить, но девочка уже исчезла.

— Старейшина Линь, зачем она дала вам куклу? – удивился Яо Вэньмин.

Юнь Цзяо тут же ответила: