Книга Симулякр, страница 45 – Гидеон Торн

Я должна была сказать «нет». Должна была оттолкнуть его, дать пощёчину, устроить скандал. А ещё лучше — запереть на складе и выбросить ключ.

Но я не сделала этого.

Я позволила его пальцам найти первую пуговицу моей блузки. Лёгкий щелчок прозвучал неожиданно громко. Затем вторая. Третья. Ткань мягко разошлась, обнажив плечи и верхнюю часть чёрного кружевного бюстгальтера. Прохладный воздух коснулся обнажённой кожи, заставив вздрогнуть.

Его губы прикоснулись к моему обнажённому плечу. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, но от него по телу разбежались мурашки. Его рука скользнула по моему боку, остановилась на бедре, а потом, плавно и неотвратимо, двинулась вверх, под юбку.

Я инстинктивно сомкнула ноги, поймав его запястье. — Стой.

Он замер, но не убрал руку. — Вам неприятно?

— Нет... — прошептала я, и в голосе слышалась нерешительность. — Просто... не спеши.

— Я не буду. Цель — не скорость, а эффективность.

Его пальцы не ушли, но и не стали настаивать. Они оставались на внутренней стороне моего бедра, их прохлада странным образом контрастировала с разгоравшимся внутри жаром. Другая его рука медленно скользнула к моей груди, ладонь легла на кружево бюстгальтера, а большой палец начал выводить неторопливые, гипнотические круги вокруг соска, заставляя его набухать под тканью.

— Разрешите продолжить? — снова спросил он, и в его ровном голосе я уловила новую, странную модуляцию. Не просто любопытство, а нечто более глубокое.

Я, презирая собственную слабость, медленно разжала ноги. Его пальцы тут же возобновили своё движение, скользя выше, к самой сердцевине моего желания. Через тонкую ткань трусиков я чувствовала каждое прикосновение — твёрдое, уверенное, лишённое суетливости. Он не врал. Он учился. И учился он у меня — моим жестам, моим реакциям, моему телу. Он не был груб, как была груба с ним я, но его пальцы с методичным интересом исследовали каждую складку.

Когда его рука наконец проникла под ткань, и кожа коснулась кожи, я уже не могла сдержать низкий, сдавленный стон. Я закрыла глаза, отрезав себя от темноты, от прошлого, от всего мира. Оставались только ощущения — его палец, скользящий внутрь, сначала один, затем второй, двигались с медленной, неумолимой точностью. А его большой палец, выписывавший твёрдые, уверенные круги по моему клитору, сводил с ума. Его губы ласкали мою шею неспешными, влажными поцелуями, оставлявшими на коже незримые следы.

Волна наслаждения нарастала, неотвратимая и всесокрушающая. В ушах звенело, а мои собственные прерывистые стоны казались доносящимися откуда-то издалека. В какой-то момент он подхватил меня, опустил на край холодного стола, развернул к себе и нашёл мои губы. Наши языки встретились в жгучем, безжалостном поцелуе, и это стало последней каплей. Я кончила, вздрогнув всем телом, впившись пальцами в его плечи, с глухим криком, который он поглотил своим ртом.

Он продержал меня в объятиях ещё несколько секунд, пока судороги не отпустили, а потом с той же методичной аккуратностью помог спуститься со стола, поправил юбку, застегнул блузку. Словно выполнял очередной протокол. Словно ничего не произошло.

Я едва стояла на ногах, прислонившись к столу и пытаясь поймать дыхание. Он тем временем поднял с пола сломанный каблук, взял кофе и устремил на меня свой безмятежный взгляд. Я навела на него фонарик телефона. Его лицо оставалось спокойным, лишь на идеальных скулах играл лёгкий, неестественный румянец.