Книга Алмаз, страница 10 – Таня Лаева

«Мальчик мой». Так он называл брата.

Вспоминаю нашу последнюю вылазку. День, когда я потерял его и рассудок.

Мирный. 2 года назад

— Киря, надень кеврал.

Брат никогда не надевает бронежилет. И меня это бесит. Слишком самоуверенный.

— Я то никому не мешаю, братец. Это ты бы лучше второй накинул.

Подстегивает меня. С детства он показывает свое превосходство. Старше. Сильнее. Выше.

Свое наследство он не принимает. Не нашего поля ягода. Мы отбросы, а он паршивая овца. Но при этом не стадо. Все лишь бы вопреки.

Я послушный. Он бунтарь. И при это я – говно, а он – повидло. Считает себя приемным.

Но отец крепко держит его за яйца. Дочь, жена. На полном его обеспечении и под его защитой. А, значит, контролем. Сегодня Кирилл должен разорвать эту связь.

Душное помещение дешевого кабака удручает безвкусицей.

Непривлекательный персонал. Вульгарный интерьер. Просиженный диван. Давит.

Легкий мандраж передергивает. Нам приносят кальян и запах банана.

— Брат. Хоть раз послушай меня. Я прошу тебя.

— Ты? Просишь?

Выпускает мне в лицо приторный дым кальянного табака. Раскидывает руки на красном велюре.

— Проси еще.

Самодовольная рожа. Бесит. Все мышцы напрягаются. Отец считает его крысой. Что он стоит за всеми убийствами… и даже покушением на меня.

«Не верю… не хочу верить… у отца хроническая паранойя. Может, он поэтому отпускает его».

— Пора.

В вип кабинку входит Соболь. Мы с одного подъезда. Были. Мой лучший друг с детства. Точнее единственный. Он напоминает мне о том, что я все еще способен на порядочность. Моя последняя ниточка к раю.

Мы грузимся в военный хаммер. Соболев трет макушкой потолок. Кирилл его стебет «дылдой» иногда «дилдой», «елдой». Но Костян – кремень. Не ведется. Час, и мы бултыхаемся по грунтовке. Дремучий столетний лес – могила для тайн.

Воняет солярой. Окна открыты. Жарко. Двигатель ревет. Вдруг брат его перекрикивает.

— Ну, как там твоя зверушка?

Машинально касаюсь бочины, где все еще болит шрам от пули. Вспоминаю прикосновение нежных пальцев. Возбуждаюсь… и первая волна ревности сдавливает ребра.

— С чего вдруг интерес?

Брат пожимает плечами.

— Тоже понравилась.

Лишь бы на зло. Киря любил отбивать моих баб.

— Не в этот раз, брат. Я тебя зарежу.

Впервые набираюсь смелости возразить старшему. Слепая ярость. Все из-за Тани.

Хохочет. Соболь напрягается. Занимает позицию. Кирилл поднимает руки.

— Ладно-ладно, Ромеро. Да шучу я… я же уже нашел свое счастье. Я все-таки теперь полноценный мужчина. Мне не нужен секонд хенд.

Терплю из последних сил. Буду давать ему реакцию, сваливать передумает. Но кулаки зудят.

— Оставь энергию на врага, – шепчет Костян. – Прорвемся, дружище.

Хлопает меня по плечу по-братски, а я его в ответ. Как Кот и Тяпа. Богатый и бедный беспризорники.

Сегодня последнее задания Кирилла. После сегодняшней встречи он бежит в другую страну. Его женщина, его ребенок, дом… все на мази. Как же я ему завидую, козлу.

Но себе не желаю жизни примерного семьянина.

— Опять выпендрился? – ворчит Соболев. – Ох, и догонит его шальная пуля.

«Может, сегодня?» – мелькает в моей голове, и мне совсем не весело от этой мысли.

— Быстрее воспаление схватит… – бубню под нос.

Весна в этом году ранняя. Аномально жаркая. Снег в лесу сошел, но листвы еще нет.