Книга Сильная и независимая, страница 82 – Юлия Резник

— Почему я должен бояться?

— Потому что ребенок — верный способ тебя на себе женить.

— Ну, мы уже выяснили, что дети должны рождаться в любви. Так что я в тебя верю.

Выходит, я сама себя в ловушку загнала? Интересное кино! С другой стороны, мне, если честно, понравилось с ним вот так… Очень-очень понравилось. Одно досадно — я же буквально пару часов назад клялась, что никаких мужиков! А тут опять на те же грабли! Впрочем, если не строить никаких долгоиграющих планов и продолжать жить в первую очередь для себя, Наум может стать неплохим дополнением к обретенной свободе. Так почему бы не позволить себе ни к чему не обязывающие встречи?

— Ладно, Юля, пойду я.

— Ага.

— Не поцелуешь даже?

— Я думала, ты сам.

— И то так, — кивает Наумов, решительно сгребая меня в объятия. И снова это наваждение. И снова я таю, стоит ему ко мне прикоснуться. Стоим в полутемной прихожей, как два подростка в подъезде, что никак не могут расстаться…

— Ч-черт. Правда, надо идти.

— Иди.

Прислоняюсь спиной за закрытой за Наумовым дверью. Улыбка ну просто до ушей! Даже подзатыльник себе приходится отвесить, чтобы перестать скалиться. Но как же хорошо!

Только я заставляю себя отойти от двери, как опять звонит домофон. Уверенная, что это Наумов, который что-то забыл, открываю замок без раздумий. Замираю, в шоке приоткрыв рот:

— Эдик?!

— Привет.

— Ты чего здесь? Первый час! И где дети?!

— Дети дома, не пыли. Дашь пройти?

Хороший вопрос. Ведь если подумать, мне совершенно не хочется этого делать. Мой дом пропитан другим мужчиной и воспоминаниями о времени, проведенном с ним. Мне так не хочется впускать в него свое прошлое, но… Куда его денешь, правда?

— Да. Конечно.

Моисеев снимает куртку и настороженно оглядывается. Может, запах почуял? Я не удивлюсь. Впрочем, врываясь ко мне посреди ночи, он, наверное, должен был понимать, что я могу быть не одна, правильно?

— Так что у тебя случилось?

— Это правда, что ты пригрела какого-то малолетку?

— Ты приехал, чтобы задать этот вопрос? — вскидываю брови. На самом деле я была готова к тому, что рано или поздно сыновья сдадут отцу мои отношения с Даней. Так что даже смешно, что это случилось, когда мы расстались.

— Я приехал тебя образумить. Юля… Ну, ты же, блин, не можешь не понимать, как это смешно!

Та-а-ак. А вот это уже интересно.

— Что именно?

— Эти твои отношения с мальчиком вдвое младше. Ну, зачем? Что ты хочешь мне доказать?

— Тебе? — я чуть не роняю чайник, который схватила, забыв, что Наум взял на себя труд тот наполнить. Хорошо, что у нас так и не дошло до чая. Не хотела бы я, чтобы эти двое встретились.

— А зачем тебе еще этот ребенок?

— Ну-у-у… Тебе все как есть рассказать? Смотри, сам напросился. Во-первых, Эдь, он охрененно трахается. Во-вторых, может это делать практически безостановочно, прикинь? В-третьих…

— Хватит! — зло стискивает зубы бывший. — Избавь меня от грязных подробностей.

— Ты сам спросил — я ответила. Правильно ли я понимаю, твой интерес удовлетворен? — киваю на выход. — Мне завтра рано вставать…

— Я тебя не узнаю. Скажи, тебе что, совсем не стыдно?

— Нет.

— Очень жаль! Потому что я глаз не могу поднять. Чтобы ты понимала, я о твоих… с позволения сказать, отношениях узнал от матери! Пацаны случайно проговорились двоюродным, те — родителям, Ленка, конечно же, рассказала маме…