Книга Хорошая девочка, страница 89 – Юлия Резник

— Ты вообще-то хотел жить на юге.

— Так когда это было? А сейчас у меня ты, Дава, пацаны, которым у меня, кажется, нравится тренироваться… Что же касается этого, — киваю на телефон, — я что-нибудь придумаю, честно.

— Ладно, — выдыхает в макушку и, так доверчиво глядя, укладывает голову мне на плечо. И я ведь не дурак. Я, блин, очень хорошо понимаю, чего доверие этой женщины стоит. Одной рукой прижимаю ее к себе, другой жму кнопки на телефоне…

— Что ты делаешь?

— Объявляю о нашей помолвке.

Сара смаргивает слезы. Глядит на фото, которое я выставил, подписав «Она сказала мне «Да!». Протирает глаза и устремляет на меня немигающий взгляд.

— Это же не моя рука.

— Да, это рука продавщицы из того бутика, где я заказал колечко.

— То, которое неизвестно когда придет?

— Вот именно. Кстати, как тебе оно?

— Очень красивое. Но это же не моя рука!

Вот заладила! Да разве это сейчас важно?

— Ну, на твоей когда это мы еще кольцо увидим, правда? А разруливать ситуацию с кофейней надо незамедлительно.

— Логика — зашибись, — шмыгает носом Сара, — а как это поможет?

Делаю следующую сториз:

«Хейтеры «поздравили» мою девочку, обвалив рейтинг ее кофейни. Так что я прощу всех тех, кто нам искренне желает счастья, это как можно скорее исправить. Поднажмем, ребята, а?»

— Мам, если ты сейчас же не выйдешь отсюда, я силком тебя вытащу!

— Сейчас-сейчас, Дава. Последний штрих!

— Хватит! Тебя уже ждут визажист и парикмахер. Бабушка лютует, потому что время поджимает, а нам еще надо как-то домой попасть.

— Одну секундочку, правда… — бормочу я и, закусив губу, в последний раз окидываю придирчивым взглядом шикарный свадебный торт. Отступаю для лучшего обзора и попадаю прямо в загребущие руки сына.

— Только не говори, что ты передумала! — бубнит с непонятным отчаянием в голосе Дава.

— Ты про что? — интересуюсь я, поддерживая видимость интереса к беседе, но заметив, что в одном месте как будто бы недостаточно ягод, окончательно теряю нить разговора и, не без труда освободившись из сыновьих объятий, тянусь, чтобы их добавить. В конце концов, я потратила аж целую неделю на этот торт! И согласитесь, будет глупо все испортить такой незначительной мелочью.

— Выходить за Серого.

Я даже висну на миг. Это ж надо такое придумать! Я, конечно, дурочка, но не настолько!

— Какая чушь! Я просто хочу, чтобы все было идеально. Понимаешь?

— Мам, торт будут резать в самом конце! Когда гости уже порядком напьются. Да никто даже не заметит, если с этим гребаным тортом будет что-то не так! А вот если ты не появишься на росписи — другое дело! Так что давай уже, я тебя умоляю, поедем.

От возмущения у меня перехватывает дыхание. Что значит, никто не заметит? Я что, зря старалась? Неделю ночей не спала. Набираю полные легкие воздуха, дабы объяснить Давиду, как он неправ, но еще раз все хорошенько взвесив, вяло машу рукой и послушно топаю к выходу. Им не понять, сколько бы я ни старалась, почему для меня так важен этот торт. Господи, да я собственное свадебное платье не выбирала с такой тщательностью, как пропитку коржей и ганаш к нему. Ведь так важно было сделать этот торт не только красивым, но еще и вкусным. Чтобы уж ни у кого не осталось сомнений в том, что заоблачный рейтинг моей кофейни вполне заслужен. Потому как, если честно, после сториз Бекетова и стремительного взлета этого самого рейтинга, на меня посыпались обвинения в его накрутке. И это было бы смешно, если бы не было так грустно.