Книга Что-то между нами, страница 75 – Юлия Резник

— В горячке? – Эмилия отрывает взгляд от окна и как во сне поворачивается ко мне.

— Ах-ха. Все задокументировано.

— Удивительно, какие возможности предоставляют деньги, – растерянно шепчет рыжая, приглаживая волосы дрожащими пальцами. – Получается, можно убить, и тебе за это ничего не будет.

Начинаю закипать:

— Ты жалуешься? Я не пойму! Может, мне отойти в сторону, и ебитесь со своей матерью как хотите?

Эмилия медленно сглатывает. Ну, а ты как хотела, девочка? Да, это порой пипец как тяжело – договариваться с совестью. Что поделать? Жизнь такая. Не всегда получается поступать по совести. Особенно когда дело касается близких. Такой себе выбор, правда?

— Нет. Не надо отходить. Я очень благодарна. Очень…

Эмилия расстегивает ремень и, забравшись на диван коленями, тянет руки к моей ширинке.

— Что ты делаешь?

— Прости меня за все. Я сейчас все исправлю.

— Что ты исправишь? – напрягаюсь.

— Ты же не так, наверное, представлял наши отношения. Я все сделаю, как ты хочешь. Все исправлю.

Удивительно, как ситуация трансформируется в моей голове, стоит девчонке озвучить вслух мои же мысли минутной давности. Я перехватываю ее руку, старательно контролируя силу сжатия и интонации в голосе, потому что на эмоциях меня капец как накрывает:

— Не сейчас. Ты не в том состоянии.

— Я хочу!

— Ага. Конечно. Это первое желание, которое возникает у несостоявшейся жертвы насилия.

Просто боится, что я сольюсь. И пытается удержать как угодно и чем угодно. Господи. Нет. Вот этого точно не надо. Не так же, блядь!

Натолкнувшись на мое сопротивление, потерянная Эмилия возвращается на свое место. Взгляд – как у побитой собаки. Губы болезненно кривятся.

— Ты из-за того, что он меня лапал, не хочешь? Так я помоюсь и…

У меня начинает дергаться глаз. А ощущение неправильности происходящего лишь усиливается, наотрез отказавшись убираться вон из сердца.

— Сюда иди! И глупости из башки выбрось.

Прижимаю девчонку к себе. По волосам веду. Красивым – просто пипец. Касаюсь губами макушки, а Эмилия ревет, уткнувшись в мое плечо. И свое гребаное «прости» повторяет. Хотя если тут кому и просить прощения, то явно не ей. Топтун уже получил выговор. А с собой я потом разберусь. Тут нельзя рубить сходу. Очень много всего мне предстоит обдумать.

— Ну, вот за что ты извиняешься, глупая?

— Не знаю… Я же тебя ненавидела за то, что ты ради дочки сделал меня виноватой в аварии. А когда меня саму прижало, поступила примерно так же. Я плохой человек.

— Плохой человек – твой отчим. Я бы этого мудака своими руками удавил, если бы его не забрала скорая.

— Правда? Ты бы сделал это ради меня?

— Не задумываясь.

— Ты бы смог, – уверенно кивает рыжая. – Помнишь, как ты Стасу зарядил?

Смотрит на меня как на долбаного супергероя. И это, сука, приятно, когда твоя женщина смотрит так. За этот взгляд можно все простить. Даже то, что это действительно не первый напряг по вине Эмилии. Любую другую на ее месте я бы списал в утиль. А тут даже мысли такой не возникло. Более того. Я будто совсем перестал понимать, зачем вообще продолжаю держать девчонку на расстоянии. Какой в этом смысл? Если меня к ней так тянет, если я один черт срываюсь и возвращаюсь снова, нисколько не сомневаясь в том, что и это далеко не в последний раз. Есть в ней что-то такое, что притягивает меня магнитом. Я будто легче становлюсь с ней и моложе. Груз прошлых лет спадет с плеч и рассыпается под ногами ничего не стоящим мусором.