Книга Что-то между нами, страница 13 – Юлия Резник

Ну и как тебе фрукт, Роб? Как-как… Кислый. Говорю же, аж зубы сводит. С ума сойти.

— Это было бы неправильно. Учитывая обстоятельства.

— Учитывая обстоятельства, неправильным было бы делать меня виновной в том, чего я не совершала, – режет зло. И ведь нечем крыть.

— Тогда бы моя дочь села. А ей всего восемнадцать.

— Мне девятнадцать. А я могла умереть. Из-за вашей дочери.

Шах и мат, Роберт Константинович. Уделала тебя соплюха.

Просовываю руки в карманы и отворачиваюсь к окну. Совесть… Что ж ты, спящая красавица, так не вовремя проснулась, а? Какого хрена?

— Напиши встречное заявление.

«Ты спятил, Роб?! Совсем ебанулся?» – орет внутренний голос.

— Нет. Не буду.

— Почему?

— Я не вписываюсь в заранее проигрышные партии. Берегу нервы.

— А как же принципы?

— К сожалению, принципы – роскошь далеко не для всех.

Голос Эмилии впервые звучит печально. И очень устало, да. Медленно оборачиваюсь. Ловлю взгляд рыжей. Между ними с Миланой какой-то год разницы, а в жизненном опыте, насколько я могу судить, пропасть. Тошно-то как…

— Почему ты на меня так смотришь? – повторяю свой вопрос.

— Жаль вас. Нелегко вам, наверно, по жизни.

— Себя пожалей, болезная, – тихо закипаю. – Бери, вон, ручку, бумажку, пиши, что надо. И я пойду.

— А вы правда все-все можете?

— Говори. Сколько?

— Да нет, – отмахивается, – вы не так поняли. Мне нужно телефонный номер восстановить. Мой телефон по дороге раскатало вместе с симкой. А к ней все привязано. Сами знаете, как оно.

— Пиши номер. – Киваю. – Что-нибудь еще?

— Да. Со мной была сумка с вещами. Можно ее вернуть? Это очень важно.

— Она у ментов. Вернут. Не переживай.

— Супер.

— И что? Никаких других пожеланий не будет?

Рыжая качает головой. Наш разговор ее утомил. Язвить мне и дальше у нее попросту нет сил. Как и выпрашивать компенсацию.

— Только это, – облизывает запекшиеся губы. – Лечение, вы сказали, оплатите.

— Да. Все, что нужно. Об этом не беспокойся.

— Спасибо.

За что, блядь? Никакого удовлетворения я не ощущаю. Хотя, помнится, психолог, к которому я как-то раз обращался, заверял, будто помощь нуждающимся – лучший способ, чтобы почувствовать себя лучше. По факту выходит, что помог я как-то хреново. Просто разгреб проблемы, которые сам же, пусть чужими руками, и создал.

Девчонка вообще уже еле сидит. И от этого еще более херово. Такая муть в душе поднялась. Хлопаю по карманам в поисках визитки.

— Вот. Это прямой номер.

— А?

Говорю же. Совсем рыжая поплыла.

— По этому номеру отвечу сразу я, – терпеливо ей разъясняю. – Не секретари или замы. Поняла? Если вдруг что-то понадобится – звони.

— Спасибо.

Что на это сказать? Нечего. Я лишь отрывисто киваю и ухожу, смерив напоследок полным ненависти взглядом ее халат.

Сбегая по лестнице, набираю Мохова:

— Витя, ты говорил, что при девке была сумка. Свяжись с ментами. Пусть привезут. Какого черта она еще у них?

— Эм… – не сразу включается Виктор. – А, вы про потерпевшую?

— Потерпевшая – моя дочь. Ты что-то путаешь. Но сумку привезите. А еще позвони Савельеву в МТС. Пусть девочке перевыпустят симку. И купи ей… какой там айфон последний? Сегодня же. Отзвонись, когда все решите.

— В больницу, что ли, отвезти? – тупит Мохов.

— Нет, мне. Все. Работайте. – Отключаюсь и следом набираю Милку.