Книга Если буду нужен, я здесь, страница 123 – Юлия Резник

— Я как раз хотела тебя попросить заказать нам столик.

— На сегодня? Я же хотел на участок съездить. Там как раз заливают фундамент.

— Можно и на завтра, – радуясь искоркам счастья, промелькнувшим в его глазах, ласково веду пальцами по колючей щеке. – Так что? Ты согласен?

Назар отчаянно кивает. Я знаю, что ему не терпится похвастаться тем, что он в скором времени станет батей. Так и вижу, как у него горит задница, когда Марат или Брага начинают бахвалиться в чате своими наследниками.

— А хочешь, вместе съездим на дом? Тепло вроде, за городом так вообще. Деревья в цвету… Или от них тебя тоже тошнит?

— Не знаю. Разберемся на месте, – смеюсь.

И мы едем на участок. Кстати, ароматы цветущих деревьев меня почти не беспокоят. Я деловито мешу жирный чернозем предусмотрительно надетыми резиновыми сапогами и со счастливой улыбкой слушаю:

— А здесь у нас будет клумба. А здесь – газон. А тут мы хотели гамаки, но теперь-то надо детскую площадку строить…

— Посажу розы. Из Азербайджана. Все говорили маме, они не примутся, а они – видел, как цветут?

Назар часто кивает и вновь сгребает меня ручищами.

— С бассейном только не знаю, как быть. Надо как-то обезопасить, чтобы малой в него не свалился.

— А ты знал, что дети с рождения умеют плавать? И если поддерживать этот навык, можно не опасаться воды.

— Ничего себе. Тогда, конечно, надо поддерживать. Ты еще не думала, как мы его назовем?

— Его? – с намеком вздергиваю бровь.

— Так ребенка же! – улыбаясь, прячет лицо у меня в волосах. Мой тихий смех заглушает работающая на участке техника. Солнце припекает в голову. Пахнет жирным черноземом, абрикосами и смолой. Пахнет счастьем.

Домой едем не торопясь. В четыре руки готовим ужин. Назар выглядит расслабленным и полностью довольным жизнью, несмотря на бардак, который мы развели, готовя обычную карбонару. Ужинаем прямо так, за барной стойкой. По очереди принимаем душ и укладываемся в постель. Его рука привычно обвивает меня за талию и накрывает живот. Нам все еще противопоказана близость. И я могу только догадываться, как он с этим справляется, ведь его член очень красноречиво вжимается мне в поясницу. Скорей бы нам дали зеленый свет! А впрочем…

Выбираюсь из его рук.

— Что такое, лялька? Ты что… Нельзя же!

— Тебе льзя, – проказливо улыбаясь, стекаю поцелуями вниз по голой груди Звягинцева. Назар шипит, когда я обхватываю его эрекцию ладонью. И тут же прохожусь языком. По уздечке. Очерчиваю головку.

— Спорим, это будет самый быстрый оргазм в истории? – сипит мой великолепный муж, до белых пальцев комкая простынь. Я смеюсь, когда впускаю его в рот. И от этого мое горло вибрирует, усиливая его наслаждение. – Лала… Маленькая. Черт. Как хорошо… Да-да, вот так. Я уже. Уже… Блядь. Будешь глотать?

Прикрываю слезящиеся глаза. Назар и правда в два счета дошел до черты. Но вот его оргазм длился вечность. Спустя миллионы световых лет выныриваю, стирая сперму с уголка губ:

— Тебя было о-о-очень много.

— Так сколько копил, Лал… – смеется устало. – Думаю, нам следует вести счет.

— Чему?

— Оргазмам. Задокументируем, сколько я тебе задолжал. Чтобы потом вернуть.

— С процентами? – оживляюсь я, Звягинцев ржет. Качает головой, мол, конечно, как же без процентов. Подгребает меня к себе, уложив головой на грудь. В ухо размеренно долбит сердце, усыпляя лучше маминой колыбельной.