Книга Исключительно твой, страница 54 – Юлия Резник

— Есть, — улыбаюсь. — Но мне бы не хотелось становиться причиной разлада его отношений с семьей.

— На твоем месте я бы больше о себе думала. Неужто у тебя в жизни было много радостей? То-то же! Хватай свое счастье за хвост и не отпускай.

— Знать бы, как.

— Ты родить не думала? Маратик тебя еще больше полюбит. А его родители, если с внуком захотят знаться, побурчат-побурчат, да на той жопе и сядут. Попомни мои слова.

— Ох, Сергеевна, тебя послушать — все так легко.

— А что трудного-то? — смеется, лицо раскраснелось вконец. — Тебе-то уже немало годков. Самое время для ляльки. А Маратик, ты только посмотри, как с нашими мальчишками справляется! Папка из него выйдет мировой.

Что мне смотреть? Я и так постоянно на него пялюсь… И сердце замирает от того, насколько легко он находит общий язык с людьми. Не только с детишками. Но и со здешним завхозом, и с поваром. И с обычными мужиками, которые сторожат поля за деревней.

Вытираю руки полотенцем. Пробегаюсь пальцами по животу. Я абсолютно точно не беременна. Пустота внизу живота сжимается и пульсирует. Представляю, что в этой гулкой пустоте мог бы обжиться малыш Марата, и сладкая волна окатывает нутро.

— Беги, беги к нему. Я тут сама дальше справлюсь, — ухмыляется Сергеевна.

— Но как же… — не слишком искренне возмущаюсь я.

— Иди, кому сказала! Вы отдыхать приехали или как?! Вот и дуйте на озеро, чтобы я вас не видела. — Улыбаюсь, снимаю с головы ситцевую косынку. — Постой! Бутербродов возьми. Вон… Остались с завтрака.

Выбегаю с небольшой корзинкой на улицу.

— Эй, красавчик! Пойдем на озеро. Сергеевна объявила сиесту.

Девчонки постарше, что сидят в павильоне, глупо хихикают. Марат тоже улыбается. Наглым образом рисуясь, разбивает топором последнюю чурку. Шорты сползли, открывая заманчивый вид на сходящиеся к паху косые…

— Игорек, сложишь дрова, ага?

Он еще в прошлый наш визит сюда перезнакомился со всеми парнями. Но что трогает — запомнил их имена. И даже истории жизни, которые я рассказывала, когда все другие темы были уже исчерпаны.

— Без проблем. Сейчас с Котом все перетаскаем.

Марат благодарно кивает. Сгребает мою руку своей, непривычно горячей.

— Мозоли набил! — с сожалением тяну я. Прохожусь подушечкой большого пальца по каждому твердому бугорку. Я бы и поцеловала, так ребята не сводят с нас глаз. Не хочется их провоцировать. У них гормоны бушуют. Сергеевна вот только что жаловалась.

Идем к воротам. Как в детстве, стараюсь шагать так, чтобы не наступать на испещряющие асфальт трещины. Марат повторяет за мной. Я улыбаюсь, испытывая какое-то детское совершенно надмирное счастье. В голову печет, от воды тянет мокрой глиной, в воздухе летает серебристая паутина, жужжат мухи, едят поедом комары…

— Мы же на озеро хотели? Я потный весь.

— Ладно. Тогда сначала, и правда, лучше искупаться.

— А что потом?

— А потом я покажу тебе свое тайное место.

И мы бултыхаемся в озере до тех пор, пока кожа на пальцах не сморщивается. А потом так же, взявшись за руки, углубляемся в прислонившийся колючим боком к озеру лесок. Из плюсов — здесь в значительной мере прохладнее, из минусов — больше комаров и всякой разной живности, от которой постоянно приходится отмахиваться.

— Вот! — срываю огромную ягоду малины, подношу к губам Марата. — Вкусно?