Онлайн книга «Лекарство от одиночества»
|
Сбегаю вниз, захожу в гостиную, где Мишка в компании деда смотрит мультики. Быстро одеваю сына в легкий непромокаемый комбинезончик, чтобы не замерз у воды, а сама обхожусь паркой. На берегу в такую погоду всегда есть что посмотреть. То ракушку какую выкинет, то рыбешку, то битого краба… Мишка, как настоящий исследователь, бегает от одной находки к другой. Откапывает лопаткой в нужных местах, тычет в морские сокровища палкой, а я просто бреду за ним и стараюсь дышать ровней. — Папа! Смотри, что я нашел! Забавно припрыгивая в резиновых сапогах, Мишка подхватывает морскую звезду и резко меняет направление. Я тоже медленно оборачиваюсь. Юра идет к нам по берегу, засунув руки в карманы джинсов. Нутро болезненно сводит. Никогда в своей жизни я не была настолько растеряна, как сейчас. Так зла и так чудовищно обижена тем, что он оставил меня наедине с чувствами, с которыми я не справляюсь. Мне хочется вопить, перекрикивая рев набирающего силу шторма: «Какого черта, Юра?! В чем моя вина?! В чем… Мишкина вина, Юра? Ты кого вообще любил? Его или… себя в нем, а, Юра?». Но я молчу. И черта с два скажу еще хоть слово. Твоя очередь, Юра. Мне тоже, знаешь ли, хуево. Как будто надо мной надругались. Валов приближается, я пячусь, глядя ему в глаза. — Ух ты! Это астерия амурская. — Отпустим? — Как хочешь. Думаю, у нее не очень много шансов в такой шторм. Юра вымученно улыбается и стирает дрожащими пальцами налипший на Мишкину щечку песок. А Мишка потирается мордашкой об отцовскую руку… целует костяшки и убегает к кромке воды. Юркино лицо болезненно кривится. Обнимаю себя, скрестив на груди руки. Ветер забивается в рот, дерет горло, горчит на языке… Я не могу. Просто не могу подобрать слов, способных его поддержать. Я так устала от того, что он меня отталкивает… — Эль, я должен выяснить правду. Должен, понимаешь? Поставь себя на мое место. Что если где-то растет мой сын? В моих ушах ревет: «Твой сын бегает у тебя перед носом, придурок!». Но я же, блядь, адекватная женщина. Почти святая. Я молчу, позволяя Валову рвать в лоскуты мое сердце. — Делай что хочешь. Я только об одном попрошу — не поднимай скандал. Мишка… он ни в чем не виноват. Понимаешь? Ему не надо знать, что ты… Что… Я даже не могу сформулировать свою мысль до конца — настолько она не укладывается в голове. Замолкаю и отворачиваюсь, слыша за спиной поток отборной брани и тонущий в звуках шторма ор. Юркина боль прорастает метастазами у меня в груди. И тут не к месту звонит телефон… — Вера? — Привет, Эль. Как дела? — Да ничего. Вышли с Мишкой прогуляться. А ты как? — Я? Я захандрила что-то. Шведов решил поднять мне настроение прогулкой на яхте. В воскресенье планируем сняться с якоря. Вы как? Присоединитесь? — Даже не знаю, — тихонько шмыгаю носом. — А кто будет? — Наши. Вот, обзваниваю. Яхту Шведову одолжил Вершинин, — Вера понижает голос. — Так что нам точно будет где развернуться. Речь идет о местном олигархе, который заправляет на острове. За последние годы для этого самого острова он сделал больше, чем все чиновники, вместе взятые, и местные на него не намолятся. Будь я в настроении, так непременно бы тоже прониклась перспективой такого знакомства, но тут как-то не до этого. Исключительно для поддержания разговора замечаю: |