Книга Непокорная. Месть Горца, страница 20 – Ольга Дашкова

Сейчас девушка еще спит, но дышит ровно. Температуры нет, проверял ночью, прикладывая руку ко лбу. Обошлось без воспаления легких. Но когда я прикасался к ее коже, что-то странное происходило в груди. Не боль, это было что-то другое. Теплота, которой не должно быть.

Тихо встаю, растапливаю печь, ставлю чайник. Руки дрожат, но я говорю сам себе, что это от усталости, не от чего-то другого.

Когда поворачиваюсь, вижу, что Амина уже проснулась и смотрит на меня. Взгляд не враждебный, как раньше. Она внимательно изучает меня, прижимая одеяло к груди, волосы распущенные, губы припухшие ото сна.

— Как себя чувствуешь? — стараюсь говорить равнодушно.

— Нормально, — голос слегка хриплый после вчерашнего. — Спасибо.

— За что?

— За то, что спас.

«Спас». Простое слово, а от него что-то переворачивается внутри. Киваю, не зная, что ответить. Вчера, когда увидел ее висящей над пропастью, мир остановился. Я не думал о последствиях, когда полез по скале следом. Мог сорваться сам, разбиться вместе с ней.

Но руки и ноги двигались сами собой. Как будто чужая воля управляла мной. А когда она упала в реку... Боже, я никогда так не боялся. Даже тогда, в пятнадцать лет, когда хоронил отца, не было такого ужаса.

— Покажи руки, — прошу, чтобы отвлечься от воспоминаний.

Она протягивает ладони. Вчерашние раны от камней воспалились, кожа покраснела.

— Нужно обработать, — иду за аптечкой.

— Я сама.

— Не доведешь до заражения?

— Не доведу. Я будущий врач.

Но я все равно достаю перекись, йод, свежие бинты. Сажусь рядом с ней на диван. Слишком близко, чувствую тепло ее тела, запах волос.

«Сосредоточься, — приказываю себе. — Это просто медицинская помощь».

— Давай руки.

На этот раз она не спорит. Осторожно промываю раны перекисью. Морщится, но не отдергивает руки, доверяет мне. Когда я в последний раз заслуживал чьего-то доверия?

У нее красивые руки. Длинные пальцы, аккуратные ногти. Руки пианистки или хирурга. Никогда раньше не заострял на таком внимание. Вчера эти руки хватались за камни, пытаясь спастись. Я видел, как она карабкалась по скале упрямо, отчаянно, не сдаваясь.

— Зачем ты хочешь стать врачом? — спрашиваю, заматывая бинт.

— Хочу спасать людей.

Спасать. Как я вчера спасал ее. Только у меня не было благородных мотивов, просто не мог позволить ей умереть.

— Даже таких, как я?

Она прямо смотрит мне в глаза, без страха.

— Даже таких, как ты. Врач не выбирает пациентов.

— Благородно.

— Это работа.

— Нет, это призвание, — заканчиваю перевязку. — Не каждый способен резать людей, чтобы их спасти.

А я? На что я способен? Раньше думал — на все, ради мести. А теперь не уверен.

— А ты на что способен? Кроме похищений?

— Строить бизнес. Зарабатывать деньги.

Звучит пусто. Двадцать лет строил империю, чтобы отомстить. И вот она — моя цель — сидит рядом, а я лечу ей руки вместо того, чтобы ломать жизнь.

— И этого достаточно для счастья?

Хороший вопрос. Двадцать лет я думал, что деньги и власть — это все, что нужно. Но сейчас, глядя на эту девушку, начинаю сомневаться.

— Не знаю, — честно отвечаю.

— А семья? Дети?

— У меня нет семьи.

— Почему?

Потому что не мог довериться никому после того, что случилось с отцом. Потому что все женщины, которых я знал, видели во мне только деньги.