Книга Дарю счастье на 100 миллионов, страница 28 – Милана Усманова

— Да ладно тебе, – Света отмахнулась, но видно было, что ей приятно.

— Нет, правда! И в школе активисткой была. Помнишь, как ты конкурс красоты выиграла? В девятом классе?

— Было дело, – она улыбнулась, чуть приосанившись.

Кирилл приподнял левую бровь:

— Конкурс красоты?

— Школьный, – Света скромно потупилась. – Ерунда.

— Не ерунда, – возразила я. – Там полшколы участвовало. А победила Света.

Я видела, как Уваров с ещё большим интересом на неё посмотрел: красивая, уязвимая, к тому же экономист, – это уже не просто несчастная подружка жены. Это потенциал.

После ужина мы переместились на диван, включили какой-то фильм. Света, раскрасневшаяся от вина, описывала жизнь в столице, о своих злоключениях, о планах, точнее, об их отсутствии.

— Не знаю, что делать, – призналась она. – Работу найти без прописки и достаточно большого опыта, сами понимаете, очень сложно.

— Понимаю, – кивнула я.

В голове мелькнуло воспоминание, как я сама с последней сотней в кармане и чугунной сковородой в сумке брожу по улицам неприветливого Питера. Тогда меня спас Ашот. Просто так.

Светлана же ничего не делала просто так. Но об этом я узнала слишком поздно.

— Слушай, а ведь уже поздно. Куда ты поедешь на ночь глядя? Оставайся у нас, – поглядев в тёмное окно, предложила я.

— Да что ты, неудобно…

— Удобно, удобно. У нас есть надувной матрас, положим на кухне. Места хватит.

Света посмотрела на меня глазами, полными благодарности. Такими же глазами она смотрела на меня в той жизни, когда я взяла её бухгалтером: «Любка, ты моё спасение!»

— Спасибо, – прошептала она. – Правда, спасибо. Я не забуду.

«Не забудешь, – подумала я. – На всю жизнь запомнишь».

Ночью я лежала рядом с Кириллом и смотрела в потолок.

Женишок давно спал, а я всё вертелась, мысли не давали покоя.

Вот она, наживка. Красивая, уязвимая, с экономическим образованием. Нужно, чтобы Уваров на неё клюнул, изменил мне и ради неё бросил.

Но торопиться нельзя. Не стоит быть навязчивой. Если я буду слишком настойчиво толкать их друг к другу, возможен эффект отторжения. Нужно действовать тоньше. Создавать ситуации. Оставлять их вдвоём якобы случайно. Пусть он сам решит, что это его идея. Его выбор. Его охота.

А я буду чуть направлять и наблюдать. И ждать.

«Та дверь, что осталась за твоей спиной, всё ещё приоткрыта», – всплыло в сознании предостережение Ашота.

Я помнила эти слова, поэтому и буду пытаться торопиться не спеша, чтобы ничего не испортить.

Утром встала раньше всех. Взялась за завтрак: глазунья, тосты, кофе. Света проснулась чуть позже, сдула матрас, щебеча о том, что впервые за долгое время выспалась, и пошла умываться.

— Мне пора в ларёк, – сказала я, надевая куртку. – Лиза одна не справится. А вы пока позавтракайте, не торопитесь.

— Ты весь день там будешь? – спросил Кирилл, зевая.

— До вечера точно, – я повернулась к “подруге”, сделав задумчиво лицо, – Света, слушай, а давай Кирилл тебе покажет центр? Погуляете, кофе попьёте с тирамису.

— Да мне неудобно… – начала она.

— Ерунда! Кирилл, ты же не против?

Он пожал плечами:

— До вечера я свободен.

Я вышла в коридор, поманила его за собой. Достала из кармана несколько купюр, сунула ему в руку.

— Вот, на расходы, – шепнула я. – Своди её куда-нибудь, в кафе там, или… не знаю. Ей сейчас плохо, пусть хоть развеется.