Книга Незнакомка из кофейни, страница 93 – Николай Куценко

— Даже не знаю, подумать надо… Все-таки они…

Крупная бесформенная начальница привстала и уперлась руками в стол. Ее ядовито-красные губы зашевелились:

— Думать? Или мне послышалось? – Она поднесла тяжелую ладонь к уху. – Тебе, что ли, думать?

— Извините…

— Запомни: думаю тут я! Ты только исполняешь!

— Я все поняла, – задрожал голос Вари.

— Итак, к работе! Вечером отчитаешься!

— Поняла! – уже увереннее сказала Варя.

Весь день она бегала по разным отделам – собирала материалы на сотрудниц. Складывала их в специальные папки. Пропустила обед. А вернее – даже и не вспомнила про него. Ближе к вечеру она поняла, что больше не может работать. Посмотрела на свои бледные уставшие руки, подошла к чайнику, налила теплой воды и кинула три кусочка сахара в стакан. Выпила. Ей немного полегчало.

В районе девяти ее вызвала начальница – попросила принести отчет о сделанной за день работе. Варя протянула ей помятый листок, вырванный из блокнота.

— Ты его из задницы достала? – грубо спросила начальница.

— Чего? – не поняла Варя.

— Жопу им свою вытирала? Чего он мятый-то такой? – пояснила Надежда Васильевна.

Варя развела руками. Виновато улыбнулась.

— А ладно, черт с тобой. Что с тебя взять-то, с дуры! Ладно, иди домой! Завтра, чтобы в восемь была на работе.

Варя кивнула. Вышла из кабинета. Побежала к выходу. Пробегая мимо охранника, она повернулась к нему и на ходу прокричала:

— До завтра, Иннокентий Семенович!

— До завтра, Варенька… – услышала в ответ.

Варя развернулась и заметила, что на стуле вместо охранника сидит седой старик в телогрейке. Он посмотрел в сторону Вари, улыбнулся и мгновенно растворился в воздухе. Варя протерла уставшие глаза. Вгляделась. На стуле сидел Иннокентий Семенович и дремал, похрапывая.

«Опять померещилось… – подумала Варя, – с усталости, видимо».

По дороге взглянула на часы – было без пятнадцати девять. Она зашла домой, сняла туфли и мельком посмотрела на свои отекшие ноги. Затем поставила на тумбочку сумку и легла в одежде на кровать. Через минуту она заснула.

Максим вышел из здания компании. На улице было пасмурно и моросил мелкий дождь. Рядом со ступеньками лежала крупная лохматая дворняга темно-серого цвета. Увидев Максима, она жалобно заскулила, но печальные ее глаза блеснули. Возможно, это был проблеск надежды на новую жизнь, еду или даже жилище. Видимо, собака давно жила на улице.

— И тебя тоже выгнали, бедняга, – Максим спустился с крыльца, подошел к дворняге и погладил ее за ухом. – Что бы мне тебе дать?

Максим стал рыться в сумке, хотя знал, что там ничего нет. На дне он все же нашел две твердые шоколадные конфеты, развернул их и протянул собаке. Та понюхала и отвернулась в сторону. Даже замотала головой и фыркнула.

— Понимаю, шоколад ты не ешь, но другого у меня ничего нет, – он еще раз потрепал собаку за ухом. Та пристально куда-то смотрела, не отводя взгляд. Потом несколько раз тявкнула и, оторвав брюхо от земли, привстала, готовясь к рывку.

— Ты на кого там смотришь? – Максим обернулся и увидел уходящего старика в телогрейке, с седой шевелюрой, которая торчала из-под шапки-ушанки.

— А ну стой! – вскочив на ноги, Максим рванулся в сторону старика. – Стой, я тебе сказал!

Старик прибавил ходу и завернул за первый же угол.