Книга Незнакомка из кофейни, страница 90 – Николай Куценко

— Вице-президент, – ответил Максим неуверенно.

— А вице-президентам я велел к восьми приходить! Я вот тут с восьми, например!

— Когда велели?! – опешил Максим, впервые услышав про новый распорядок дня. – Когда сказали то есть?

— На совещании! – начальник наконец-то встал во весь рост и ударил кулаком по столу так, что ручка раскололась вдребезги. Ее остатки он швырнул в стену. Затем он снова опустился в кресло и положил ладони на стол, пытаясь успокоиться. Сделал несколько глубоких вдохов.

— На каком? – еле слышно спросил Максим.

— Где тебя не было! – Лицо начальника стало приобретать бордовый оттенок, а на лбу появилась едва заметная шишка – она увеличивалась при вдохе и уменьшалась при выдохе. – В общем, я решил, что тебе надо немного на землю опуститься, Максим! Посмотреть, как люди обычные живут в нашей компании. Чем они дышат.

— Что вы хотите сказать? – не понял Максим.

— Я хочу сказать, Макс, что с сегодняшнего дня ты у нас – новый директор департамента!

Перед глазами Максима возникла пелена, а в ушах – неприятный глухой шум. На лице же начальника появилась детская невинная улыбка. Казалось – он снова счастлив. Неподдельно счастлив, словно ребенок, получивший новую игрушку.

— Какого еще департамента? – Максим с трудом шевелил губами.

— Стратегии и продаж! Самого важного! А вместо тебя пока поставим, – начальник на мгновение задумался, – твоего зама! Как его там? Паренек молодой, вроде ты же мне сам его нахваливал? Звезда наша будущая, говорил!

Максим собрал остатки сил. Продышался. Сосчитал про себя до десяти и спросил уверенным тоном:

— Петр Иванович, а можно один вопрос? Всего один… и все!

Начальник встал, подошел к окну, вытащил из кармана пачку сигарет и закурил.

— Валяй, Максим! Теперь можешь спросить, – он затянулся и выпустил изо рта тоненькую струйку дыма. – Кстати, зарплату я тебе сильно менять не стану. Слегка урежем – процентов на двадцать или тридцать. Так что не сдохнешь с голоду! Не бойся. А там посмотрим на твое поведение.

— А вы давно полюбили маленьких девушек с тонкими кривыми ножками, в огромных очках с толстыми стеклами?

— Чего? – ноздри Петра Ивановича расширились.

— Или у вас на другое уже не стоит?

— Что ты мелешь? Да как ты… смеешь.

Начальник сделал несколько шагов в сторону Максима, но вдруг остановился, наткнувшись на полное спокойствие Максима.

— Да-да, она же Полине несколько раз по секрету рассказывала, как вы ее по пятницам в своем кабинете… Прямо на столе.

— Кто рассказывал?! Ты о чем это? – начальник рванулся к портфелю, достал несколько таблеток и бросил их в рот.

— Помощница ваша! А на жену, видать, не стоит уже?

— Да как ты… Щенок! Да как ты?! Я ведь тебя…

Макс встал, подошел к начальнику и поправил ему галстук:

— А вы мне скажите, Петр Иванович. Наверное, уже только с таблетками можете? Так все запущено?

— Вон! – заорал на весь кабинет начальник. – Вон, мразь!

— И последний вопрос! На прощание, так сказать, – Максим спиной стал пятиться к двери.

— Вон! – орал начальник, глотая новые таблетки.

— Вы мне, случайно, эсэмэски не писали в субботу утром? Часиков так в восемь? Когда я от стриптизерш уходил?

— Вон! Сучонок! – Петр Иванович одной рукой схватился за сердце, другой – за край стола.

Максим вышел от начальника, хлопнув дверью, и быстро направился к себе в кабинет, собирать вещи. Через час его уволили.