Книга Медкомиссия. Строгий врач, страница 51 – Лучия Мун

Хотя это же…

Черт.

Ушел бы Вальтер, я бы спросила напрямую что все это значит. Кир вроде начал говорить, но…

И сразу вошел Вальтер.

А вдруг у них тут прослушки, раз нам даже не дали пообщаться?

— Я хочу погулять, — говорю, наверное, слишком резво и пялюсь на Вальтера как на лишнего. Откуда-то изнутри ощущаю, что уже могу хотя бы слегка им… повелевать. Что-то во мне взыграло такое… женское, когда как пишут в журналах — стоит переспать с мужчиной и сразу считаешь его своим.

Но тут все не так.

Конечно не так, бесспорно. Но... Вальтер улыбается, скорее даже ухмыляется, кидает нам идиотское:

— Ну-ну, гуляйте, сладкая парочка.

И уходит, закрыв за собой дверь.

* * *

Мы остаемся один на один, смотрю на него и тут же выпаливаю. Пытаюсь говорить быстрее, пока никто нам не помешал:

— Че это за место?

— А ты че, сама не вдупляешь?

— Не вдупляю. Вдупляла бы не спрашивала.

— Ну как че, медклиника.

Смотрю ему в лицо:

— Че ты несешь… Я видела как ты…

— Ооо… любительница подглядывать! А когда другие на нее — низя-низя, — улыбается и тычет в меня по-пацански пальцем.

Не выдерживаю, простое любопытство лезет:

— А сколько тебе лет?

— Двадцать два.

— Ты старше.

— А ты моложе.

— С логикой у тебя прям…

— Че? — улыбается.

— Прям прекрасно! Просто восхитительно!

— А че ты какая… злая? Тут всем вроде… хорошо.

Он смотрит на меня пытливо, будто пытается просверлить взглядом насквозь. Только его глаза не такие надменные, как у доктора, а по-мальчишески живые.

— Кому всем?

— Ну… всем кто приходит сюда, — он обводит руками круг имея в виду это помещение.

— И…

Пытаюсь вытянуть из него информацию, но он вскидывает бровь.

— А ты кричала прям… — он рычит и щурит глаза.

Таращусь на него и заливаюсь краской, и тут же опускаю глаза.

— Ну ты че…

— Прекрати. Хватит.

— А что ты так… Тут все ко всем заходят…

Смотрю на него и с губ само срывается:

— Б...

Он ржет, а я смотрю на его красивые зубы — белые, ровные. И улыбка во весь рот от уха до уха. Красивый, но… наглый. И есть в нем что-то… От настоящего врача. Какая-то холодность во взгляде, уверенность, но сейчас это как будто далеко спрятано.

В голове почему-то проскальзывает “чтобы не напугать”.

Спрашиваю его в лоб, чтобы перевести тему:

— А ты че здесь делаешь?

— Отдыхаю.

Ахреневаю, пучу на него глаза:

— Отдыхаешь… здесь?

— Ну да.

— В том кожаном кресле?

Кивает.

— Именно.

— И… что это за отдых?

— Тебя похоже ветром занесло. А ты че здесь делаешь?

— Медкомиссию прохожу.

— Оу… — он вскидывает бровь, — а это интересно. Ты сама придумала или здесь новая программа?

Смотрю на него как на ненормального, но потом вспоминаю — мне нужно не возмущаться, а узнать у него что тут не так.

— В смысле сама? Мне в универ надо справку принести.

— Че??? В какой универ? Ты сюда за медкомиссией что ли пришла?

— Ну да. А че?

Он начинает ржать так, что сгибается пополам от смеха. Даже лицо его покраснело, ржет, блин, как конь. Даже хочется его влегкую пнуть ногой, что я и делаю. Как будто целюсь в пах, но пинаю легко — просто чуть кидаю ногу вперед и говорю, сама сдерживая смех:

— Хватит ржать, блин, конь!

Он ухахатывается так, будто перед ним на сцене куча стендаперов. Мне даже становится неловко за себя. Кидаю обиженное:

— Ну и ржи, блин, конь, — отхожу от него, — пока.