Книга Ключ с правом передачи, или Смертельное наследство, страница 60 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

Серафима больше не сдерживала своих эмоций, рыдания сотрясали ее худенькие плечи, а слезы градом катились на грязные, шершавые ступени. Котенок, почувствовав неладное, завозился у нее под кофтой, жалобно замяукал и попытался выбраться на свободу, царапая острыми коготками шею женщины.

— Что, напугала я тебя, мой хороший! — спохватилась Серафима, доставая котика из-за пазухи и прижимая к влажной от слез щеке. — А ты не бойся! Мы так легко не сдадимся, мы еще за себя поборемся!

Как ни странно, именно писк малыша и его беспокойство помогли Серафиме взять себя в руки. Последний раз всхлипнув, она встала, утерла рукавом слезы и, поправив сбившийся назад платок, принялась с новой силой колотить по старой, изодранной обивке. Почти распрощавшаяся с жизнью женщина кричала, визжала что есть мочи и звала на помощь, в ее истошном воле слышались боль невосполнимой утраты, страх перед нелепой смертью и отчаянное желание выжить… Серафима настолько вошла в раж, что не сразу заметила, как тяжелая железная дверь неожиданно приоткрылась. И только когда щель стала значительно шире и свет, идущий из коридора, развеял непроглядную тьму подземелья, она наконец-то остановилась, с силой дернула ненавистную дверь и резко отшатнулась назад. Прямо перед ней, на пороге подвала, переминаясь с ноги на ногу, стоял Григорий Миримский.

— Тетя Сима, вы?! — Не веря собственным глазам, Гриша вытянул вперед руку и дотронулся до воротника соседки, словно хотел убедиться, что она не плод его воображения. — А что вы делали в подвале? И почему у вас такой странный вид?

— Не сейчас, Гришенька, не сейчас, — Серафима Сергеевна аккуратно, но решительно отстранила руку соседа и неровной походкой побрела к лестнице.

Проводив старушку долгим, задумчивым взглядом, Миримский воровато огляделся по сторонам и ловким движением руки снова запер подвальную дверь на металлическую щеколду.

С трудом одолев подъем на четвертый этаж, Серафима Сергеевна практически без сил ввалилась в двери собственной квартиры. Увидев меня, стоящую в коридоре с телефоном в руке, она виновато улыбнулась и тихо пробормотала:

— Прости меня, девочка, знаю, как сильно ты волновалась, но со мной случилось глупейшее недоразумение… Представляешь, кто-то случайно запер меня в подвале, и, если бы не Гриша Миримский, сидеть бы мне там до самой смерти.

— В подвале? — удивленно переспросила я. — Как же вы там очутились?

Рассказав в двух словах историю своего счастливого освобождения, Серафима неожиданно спохватилась:

— Ой, Лелечка, я же забыла показать тебе самое главное. — Она полезла за пазуху и вынула оттуда крохотный рыжий комочек. — Гляди, какая прелесть. Это Мурзик, теперь он будет жить у меня. Нравится?

— Отличный кот, — улыбнулась я, заметив, как потеплел взгляд Серафимы. — А теперь снимайте пальто и проходите на кухню, буду кормить вас обоих обедом.

Но, прежде чем усесться за стол, Серафима бросилась в гостиную, ей не терпелось организовать место для своего нового питомца, однако не прошло и минуты, как она явилась ко мне на кухню и дрожащим голосом спросила:

— Лель, это ты снова открыла пианино и бросила на кресло Сашину шаль?

— Нет! — замотала головой я, ругая себя за то, что не проверила комнату Александры Сергеевны. — Я туда сегодня даже не заходила.