Онлайн книга «Ключ с правом передачи, или Смертельное наследство»
|
Одна из трех комнат в квартире сестер Кондаревых была полностью отдана под библиотеку. Книги начал собирать еще их дед, купец первой гильдии Павел Петрович Кондарев, потом свой весомый вклад в собрание внес их отец, генерал-лейтенант инженерных войск Сергей Христофорович Левицкий, да и сами сестры были заядлыми библиоманами, поэтому Ленечке не было нужды записываться в районную библиотеку, все необходимые книги всегда были у него под рукой. — Нет, дело совсем не в книгах, — тяжело вздохнул Кашин, — у меня беда, утюг сломался! — Признаться честно, — усмехнулась Саша, — я даже не ожидала, что в твоем небогатом хозяйстве имеется это чудо цивилизации. С тех пор как умерла Галочка, я ни разу не видела тебя в отглаженных сорочках. — Я сам с трудом отыскал его на антресолях, среди моих старых учебников и елочных украшений, — смущенно пробормотал Леня, — включил в розетку, а он не греется! — Да чего ж ему греться-то, судя по дизайну, он ровесник моему дедушке. Его дело — стоять на музейной полке, в зале дореволюционного быта, — Саша скептически покрутила в руках допотопный утюг, — не думаю, что твоя мама гладила белье именно им, уж больно он грязный и ржавый. — Возможно, — развел руками Леонид, — но больше я ничего не нашел. Так вы меня выручите? — Конечно, дружочек, тащи, что там тебе надо погладить, — Серафима с сожалением поглядела на Кашина. — С тех пор как три года назад от внезапно разорвавшейся аневризмы умерла их соседка Галочка, этот великовозрастный ребенок остался один-одинешенек, ни друзей, ни родственников, ни любимой девушки. В свои тридцать четыре он был совершенно не приспособлен к быту и, если бы не помощь сердобольных соседок, окончательно пропал бы в одиночестве. Буквально через пару минут Леня вернулся с ворохом одежды и принялся торопливо раскладывать на гладильной доске брюки, пиджак, белую сорочку, темно-синий с голубыми разводами галстук и даже серые, заштопанные на пальце носки. — Вот, — смущенно улыбнулся он, — вроде все! — Ничего себе! — Обе сестры с нескрываемым любопытством уставились на соседа. — В честь чего это такой парад? — поинтересовалась Сима, беря в руки новый, еще с магазинной биркой, галстук. — Неужели тебя повысили, и ты начнешь ходить на работу, как приличный человек, а не в поношенном свитере и затертых джинсах? — Что вы, тетя Сима, — замахал руками Леонид, — о каком повышении вы говорите, я ведь молодой специалист, а на руководящие посты назначают проверенных и опытных сотрудников… — Ну да, — в сердцах проворчала Серафима, — с твоим-то рвением и амбициями ты так и уйдешь на пенсию молодым специалистом… Еще в школе Леонид Кашин серьезно увлекся историей и, несмотря на настойчивые протесты матери, поступил в совершенно не перспективный для мальчика историко-архивный институт. В то время, когда Галина Петровна мечтала видеть своего талантливого сына знаменитым математиком, физиком или, на худой конец, экономистом, он просиживал ночи напролет в архивах и исторических библиотеках, пытаясь поглубже проникнуть в суть истории России и ее народа. К концу учебы основным объектом его изысканий стал период между Февральской буржуазно-демократической революцией и октябрьским переворотом. Отречение Николая II, передача верховной власти Временному правительству, выборы в Учредительное собрание и установление двоевластия интересовали Леонида куда больше, чем его собственная карьера и перспектива роста в профессии. Преподаватели в один голос твердили, что у мальчика большое будущее и его диплом тянет на кандидатскую, однако, защитившись, непредсказуемый Кашин снова поступил по-своему. К всеобщему удивлению, он наотрез отказался от аспирантуры, а устроился младшим архивистом в Московский центральный исторический архив, где и работает по сегодняшний день. |