Книга Тайны клуба верховой езды, страница 13 – Грета Фогель

Не зная, что делать, я взяла телефон и набрала смс сержанту: «Отправьте Мэттью в тот дом, где нашли Лану. Пусть найдет одежду, которая была на ней в день пропажи. Красивое платье, серебристое, с полупрозрачными шелковыми рукавами. Выдайте ему фото из дела. Пусть аккуратно упакует его, как улику».

Дочь мэра молчала, а мне чертовски нужно было получить от нее ответы. Я осмотрелась вокруг и поняла, что помещение выглядит агрессивно. Сама его атмосфера как будто намекала: «Да ты же виновен, голубчик!» Одна из стен была по традиции убрана стеклом, прозрачным лишь с обратной стороны, и матовым – с нашей. Стерильные, почти больничные белые стены, какой-то неуютно-жесткий свет… Такая обстановка разговорить никого не поможет. Тем более девочка не совершила ничего плохого. Лана не притронулась к еде и никак не отреагировала на мой жест. Я знаю, что на моем месте бы сделала Анна. Она бы давила и настаивала. Но сейчас добиться успеха и раскрыть дело могла только Грейс. Черт, уже думаю о себе в третьем лице. Дочери мэра в данный момент нужны мягкая поддержка, эмпатия и просто услышать чей-то ровный и спокойный голос. Мэттью бы уже шутил, что я говорю о ней, как о побитой собаке, или что-то в этом духе.

— Давай-ка посидим с тобой в коридоре? Там поуютнее. Наш разговор – это просто беседа. Если ты вдруг переживаешь, что с едой что-то не так, то я могу взять тебе в автомате другую, ту, которую ты захочешь.

Я двинулась к выходу, показывая, что нужно покинуть допросную комнату. Я захватила с собой уже остывший кофе и коробку с сэндвичами. В коридоре, как я и ожидала, никого не было. Этим крылом в принципе редко пользовались. За неимением столика, я положила еду прямо на соседний стул и оторвала от пластиковой упаковки запечатывающую наклейку.

Лана осторожно уселась рядом, по-прежнему избегая смотреть мне в глаза. Расслабленно и непринужденно я выдала ей один из сэндвичей. Словно каждый день работала с чужими психологическими травмами посредством беседы и передачи завтрака.

— Если что, тебя ни в чем не обвиняют. Ты не сделала ничего плохого. И у хозяев особняка нет к тебе претензий. Это же дом одной из твоих подруг? И ты знала, где лежит ключ, верно? Ты просто провела там, ну, примерно последние две недели, – тоном «с кем не бывает, я сама примерно так каждую пятницу провожу» произнесла я.

Лана забрала протянутый хлеб и откусила от него. Я взяла второй и тоже откусила. А вкусно, черт возьми!

— Ты же единственный ребенок в семье, так? А у меня вот есть сестра-близняшка. Знаешь, как в этих старых фильмах. Я сейчас по ней очень скучаю.

Я ненадолго замолчала, напоминая себе, что найденное тело Анной быть не могло, исходя из возраста, роста и прочих характеристик. А уж кто это именно – мы еще обязательно узнаем.

У меня было смутное предчувствие, что все происходящее связано: и подавленное, странное поведение дочери мэра, и пропажа Анны, и неучтенный труп, как будто вырванный из совершенно иного уравнения.

«Мэтт, раз у нас нет заявок о пропаже хоть кого-то, подходящего по описанию на найденное тело, может, есть в соседних городах? Проверишь? Разошлешь данные ребятам в другие участки?» – Я быстро набрала текст сообщения и вернулась к разговору с Ланой. Мэтт, должно быть, уже на полпути к дому, где нашли дочь мэра. Я представила, как мой напарник заходит в комнаты, обыскивает цокольный этаж, в котором размещалась прачечная, и находит там платье, испачканное грязью и разводами травы. Почему я решила, что оно будет выглядеть именно так? Мозг уже сам просчитал какой-то исход и выдал ответ, не спрашивая моего разрешения.