Книга Убийственно розовый сад, страница 56 – Диана Пенроуз

Вскоре Элдридж показался из кухни, неся в руках широкий деревянный поднос, который он ловко удерживал на ладони. Поднос был тяжело нагружен. В центре красовалась сочная золотисто-коричневая куриная тушка, запеченная до хрустящей корочки, с которой стекал прозрачный ароматный сок. Вокруг нее были разложены яркие овощи – морковь, блестевшая медом, пастернак, подрумянившийся по краям, и пучок темной запеченной зелени. По бокам стояли две простые белые тарелки и два аккуратных набора приборов, свернутых в салфетки.

Пенелопа поблагодарила его и, позабыв про всякую неловкость, почти набросилась на еду. Курица была великолепна: кожица отдавала хрустом под ножом, а под ней скрывалось невероятно нежное, буквально тающее во рту мясо, пропитанное соком лимона и какими-то травами – розмарином, тимьяном и чем-то еще неуловимым.

Ели молча, но это молчание не было неловким. Еда наполняла желудок, а спокойная атмосфера, царившая вокруг, по капле наполняла сознание, вытесняя хаос прошедшего дня. Закончив, Пенелопа откинулась на спинку стула и вздохнула с облегчением.

— Позвольте мне помочь с уборкой, – предложила она, уже протягивая руку к пустой тарелке.

Элдридж мягко, но твердо удержал поднос, улыбаясь.

— Абсолютно исключено, мисс Дэй. Вы – гость, который пережил весьма тяжелые сутки. Мое гостеприимство этим не ограничивается. Уборка – дело пяти минут для того, кто знает, где что лежит. Прошу вас, отдохните.

С этими словами он снова скрылся на кухне, откуда вскоре донеслись звуки льющейся воды и легкого звона посуды. Через несколько минут он вернулся с маленьким подносом, на котором стоял фарфоровый чайник с цветочным узором и такие же чашки. Пахло ромашкой и мятой.

— Я подумал, что-то успокаивающее будет как нельзя кстати, – сказал он, расставляя чашки. – После адреналина всегда нужна небольшая передышка. Так как чувствует себя мисс Уиллер? – спросил Элвуд, аккуратно разливая по чашкам янтарную жидкость, от которой тянуло теплым паром и запахом сушеных трав.

— Неплохо, но не так хорошо, как хотелось бы, – ответила Пенелопа, уже расслабленная и благодушная после ужина. – Она ведет себя так, будто в полном порядке, но врач сегодня ее не пустил вернуться в Розмари. Настаивает на еще одном дне наблюдения.

— Она прямо сегодня хотела выписаться? – Элдридж улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то вроде тихого восхищения этой решимостью.

— Да, мы собирались… – Пенелопа запнулась, впервые с момента входа в чайную вспомнив истинную цель своего визита. Под уютным покровом сытости и покоя подспудная тревога снова дала о себе знать. – Мы, в общем… – она неловко поправила салфетку.

Элдридж не подгонял ее, не перебивал. Он просто сидел, держа свою чашку, и выжидательно молчал, давая ей собраться с мыслями.

— В больнице мы поговорили с Гарри, – произнесла, наконец, Пенелопа, глядя строго в свою чашку, как будто ответ на все вопросы был скрыт среди чаинок на дне.

— Как он? – спросил Элдридж участливо, без тени напряжения. – Оправился от дыма?

— Хорошо, вроде, – машинально ответила Пенелопа, продолжая сверлить глазами свой чай. Ей вдруг стало стыдно за свои подозрения, сидя в этом тепле и уюте, но остановиться она уже не могла. – Он рассказал нам довольно… неожиданную историю. Касающуюся удобрений. И пожара.